Недействующие права военнослужащих

(Ильменейкин П. В.) («Право в Вооруженных Силах», 2012, N 3) Текст документа

НЕДЕЙСТВУЮЩИЕ ПРАВА ВОЕННОСЛУЖАЩИХ

П. В. ИЛЬМЕНЕЙКИН

Ильменейкин П. В., юрист.

В статье анализируются причины, препятствующие практическому правоприменению важных норм о правах военнослужащих по их жилищному обеспечению.

Ключевые слова: жилищное обеспечение, военнослужащие, права, законы, нормативные акты, закрытые военные городки, отселение, избранное место жительства, чиновники, органы власти.

The invalid rights of military men P. V. Ilmeneykin

In article the reasons interfering practical law enforcement of important norms about the rights of military men on their housing maintenance are analyzed.

Key words: housing maintenance, military men, the rights, laws, statutory acts, the closed military camps, resettlement of, the selected residence, officials, authorities.

Недавно военнослужащие и военные пенсионеры смогли воочию убедиться, что государственная власть России (в лице Президента и Председателя Правительства Российской Федерации) не дает пустых обещаний и способна делом подтвердить правовые гарантии в отношении «людей в погонах»: ведь с 1 января 2012 г. действительно, как ранее и было заявлено, выросли в разы размеры денежного довольствия для военнослужащих и пенсий для граждан, уволенных с военной службы. И это, что бы там ни говорили злопыхатели, вновь значительно поднимает привлекательность военной службы для молодежи. Ведь в нашем материальном и прагматичном мире престижность любой профессии во многом определяется размером вознаграждения за труд по этой профессии. Однако на деле престиж военной службы во многом зависит не только от размера вознаграждения, но также и от действенности правовой и социальной защиты государством «людей в погонах» в других сферах их жизнедеятельности, в том числе в таком важном вопросе, как жилищное обеспечение военнослужащих, граждан, уволенных с военной службы, и членов их семей. В настоящей статье автор попытается выявить и проанализировать причины некоторых правовых пробелов порядка регулирования жилищных правоотношений с участием военнослужащих и граждан, уволенных с военной службы, которые, по его мнению, во многом нивелируют ряд социальных и правовых гарантий государства в отношении этих категорий граждан Российской Федерации, являются предпосылками к возможным злоупотреблениям отдельных чиновников и проявлениям коррупции в сфере жилищных правоотношений, обоснованно озлобляют своей бездушной несправедливостью и бюрократизмом ветеранов военной службы, вынуждают их активно участвовать в протестных акциях («Марш обманутых полков» и др.) и могут быть использованы «забугорными кукловодами» во вред нашей Родине в планируемых ими «цветных революциях». Ведь исторический опыт октябрьских событий 1917 г. и событий «арабской весны» 2011 г. показывает, что вполне достаточно даже совсем небольшой группы деструктивных, но подготовленных и умело организованных элементов, чтобы в нужное время и в нужном месте направить социальное недовольство широких, но неорганизованных масс населения в нужное им и их «забугорным кукловодам» русло. И потому представителям государственной власти России необходимо, как это советует русская пословица, учиться на чужих ошибках и заранее устранять причины, способные вызвать социальное недовольство «людей в погонах» и нанести вред государственности и суверенитету России. Как известно, в ст. 1 Конституции Российской Федерации провозглашено, что Россия является демократическим правовым государством. А в ст. 2 той же Конституции Российской Федерации указано: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность государства». Это, безусловно, очень нужные и важные правовые нормы и демократические гарантии. Но многие военнослужащие, граждане, уволенные с военной службы, и члены их семей уже смогли на личном примере убедиться, что эти правовые демократические гарантии Конституции Российской Федерации сейчас нередко на деле имеют всего лишь декларативный характер и потому безбоязненно игнорируются и не исполняются многими государственными чиновниками в отношении этих граждан. В чем же причина такого расхождения между гарантиями Основного Закона России и реальными действиями отдельных государственных чиновников, обязанных в силу их должностных обязанностей защищать, соблюдать и претворять в жизнь эти правовые гарантии в отношении всех граждан Российской Федерации? По мнению автора, одна из причин этого кроется в том, что претворяемая в жизнь в России «суверенная демократия» во многом отличается от классической демократии. И ряд этих отличий явно имеет коррупциогенный характер, так как многие принципы «суверенной демократии» и раскрывающие их нормативные акты разрабатываются и принимаются не широкой общественностью, а небольшой «кучкой» государственных чиновников в их собственных и клановых интересах и без учета мнения всего народа. Так, как известно из теории, одними из базовых принципов демократии являются следующие. 1. Разделение государственной власти на три отдельные составляющие (ветви): законодательную власть; исполнительную власть и судебную власть. 2. В демократическом государстве все три ветви государственной власти должны быть самостоятельными и независимыми друг от друга. 3. Несмотря на их независимость друг от друга, у всех трех ветвей государственной власти любого демократического государства главная цель их деятельности должна быть единой и общей: признание, соблюдение и защита прав и свобод каждого человека и гражданина этого демократического государства, а вовсе не защита клановых интересов отдельных групп государственных чиновников как представителей государственной власти. Нет причин отрицать, что в Российской Федерации в настоящее время соблюдается первый из указанных принципов демократии. Так, на федеральном уровне законодательную власть олицетворяют собой Федеральное Собрание Российской Федерации и, частично, Президент Российской Федерации; исполнительную власть — Правительство Российской Федерации и подведомственные ему государственные органы (министерства, федеральные службы и др.); судебную власть — суды Российской Федерации. Однако, по мнению автора, два других демократических принципа в настоящее время в России иногда не соблюдаются, а то и вовсе нарушаются чиновниками, занимающими должности в органах исполнительной и судебной ветвей власти, хотя по долгу их службы они обязаны обеспечивать защиту, а также неукоснительное соблюдение и претворение этих принципов демократии в жизнь. В качестве примера проанализируем несколько конкретных правовых и социальных проблем, порожденных правовыми пробелами в законодательстве Российской Федерации в области регулирования жилищных правоотношений с участием жителей закрытых военных городков. Так, широко известно, что военнослужащие не сами, по своему личному желанию, проживают в закрытых военных городках. Их направляют служить в указанные городки полномочные воинские должностные лица, вплоть до Министра обороны Российской Федерации. А проживание в закрытых военных городках, как также известно, сопряжено с ограничением ряда общих гражданских прав (запрет на свободу выбора места жительства, запрет на приватизацию жилья и др.) для всех их жителей, что обусловлено интересами обеспечения обороны страны и безопасности государства, что соответствует ст. 55 Конституции Российской Федерации. Автор полагает, что из указанного следует, что жилые помещения в закрытых военных городках по своему юридическому статусу предназначены только лишь для временного (по логике, только на время военной службы), а не для постоянного проживания в них граждан. Но на деле сейчас нередко получается так, что для сотен тысяч граждан, уволенных с военной службы, и членов их семей проживание в жилых помещениях в закрытых военных городках поневоле превращается в бессрочное, а сами эти ведомственные жилые помещения в закрытых военных городках оказываются для них единственной крышей над головой, куда полномочные органы военного управления запрещают им вселять даже ближайших родственников, но из которых эти же органы вправе выселить указанных граждан. В п. 1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» государство гарантирует военнослужащим предоставление жилых помещений или выделение денежных средств на их приобретение. При этом при наличии определенных условий военнослужащим предоставляются жилые помещения для постоянного проживания по договору социального найма или в собственность. Но на деле реализация этих законодательных правовых гарантий, по мнению автора, не может быть обеспечена в отношении военнослужащих, проходящих военную службу в закрытых военных городках, так как законом все жилые помещения в закрытых военных городках запрещено приватизировать, а ведомственными нормативными актами Министерства обороны Российской Федерации установлен ряд ограничений по пользованию и распоряжению этим жильем (запреты на их обмен, на вселение в них других лиц, на сдачу их в поднаем и др.). Верховный Суд Российской Федерации, обосновывая правомерность запрета на приватизацию жилья в закрытых военных городках, указал на то, что все эти ограничения гражданских прав жителей закрытых военных городков установлены исключительно в интересах Министерства обороны Российской Федерации для обеспечения сохранения в его распоряжении всего жилищного фонда закрытых военных городков, что, по нашему мнению, прямо указывает на служебный статус всех жилых помещений в закрытых военных городках и на то, что они реально предназначены только лишь для временного, а не для постоянного проживания в них граждан. В то же время из правил элементарной логики и принципов социальной справедливости следует, что если государство в своих интересах направило военнослужащего служить в закрытый военный городок и дало ему там квартиру, то государство же должно обеспечить и выезд военнослужащего из закрытого военного городка после окончания срока его военной службы, причем не «в чистое поле» (дескать, «проваливай, куда глаза глядят», но не требуй с нас жилья в том месте), а с обеспечением его другим жильем — для постоянного проживания, и именно в избранном им месте, вне закрытого военного городка. И главное, такие права, причем совсем не гипотетические, а реальные, у таких военнослужащих, по мнению автора, уже есть и гарантированы им законодателем в ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих». Так, в абз. 3 п. 14 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» конкретно указано: «Порядок обеспечения жилыми помещениями военнослужащих-граждан, проживающих в закрытых военных городках, при увольнении их с военной службы определяется федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации». При этом автор полагает, что законодатель имел в виду не какой-то отдельный (не установленный до сих пор порядок), а отсылал к норме абз. 12 п. 1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих», где указано: «Военнослужащим — гражданам, обеспечиваемым на весь срок военной службы служебными жилыми помещениями и признанным нуждающимися в жилых помещениях в соответствии со статьей 51 Жилищного кодекса Российской Федерации, по достижении общей продолжительности военной службы 20 лет и более, а при увольнении с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, по состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями при общей продолжительности военной службы 10 лет и более предоставляются жилые помещения, находящиеся в федеральной собственности, по выбору указанных граждан в собственность бесплатно на основании решения федерального органа исполнительной власти, в котором предусмотрена военная служба, или по договору социального найма с указанным федеральным органом исполнительной власти по избранному постоянному месту жительства и в соответствии с нормами предоставления площади жилого помещения, предусмотренными статьей 15.1 настоящего Федерального закона. Порядок признания указанных лиц нуждающимися в жилых помещениях и Порядок предоставления им жилых помещений в собственность бесплатно определяются Правительством Российской Федерации» <1>. ——————————— <1> При этом автор отмечает, что многие военные юристы, опирающиеся на сложившуюся судебную практику и буквальное толкование п. 14 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих», не согласны с его позицией.

Таким образом, по мнению автора, права военнослужащих и граждан, уволенных с военной службы, проживающих в закрытых военных городках, на получение от государства жилых помещений для постоянного проживания вне закрытых военных городков, причем, что немаловажно, в избранном этими гражданами постоянном месте жительства, вне закрытых военных городков, уже почти 14 лет прямо и недвусмысленно гарантированы им конкретными нормами ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих». И дело остается только за малым — за реализацией государством и его чиновниками этих правовых гарантий в отношении конкретных граждан, после увольнения с военной службы поневоле оставшихся проживать в закрытых военных городках и желающих выехать из этих закрытых городков в избранное ими постоянное место жительства. Однако вековая житейская мудрость русского народа недаром отражена в народных поговорках: «Дьявол кроется в мелочах» и «Право есть, но не про нашу честь», т. е., говоря простым и доступным всем языком, хотя вышеуказанные права и декларированы Законом уже почти 14 лет, но на практике реализовать эти права военнослужащим, и особенно гражданам, уволенным с военной службы, невозможно, так как в законодательстве России до сих пор вообще нет нормативных актов, раскрывающих порядок обеспечения граждан жильем как на территориях самих закрытых военных городков, так и при переселении из них, нет четкого определения юридического статуса такого населенного пункта, как «закрытый военный городок», не установлен и конкретно не определен правовой статус всех жилых помещений в закрытых военных городках, не определены права, обязанности и ограничения в правах нанимателей жилых помещений в закрытых военных городках, и вообще нормативно не урегулированы все другие жилищные правоотношения, связанные с фактом проживания в жилом помещении в закрытом военном городке. Это в совокупности и делает вышеуказанные права военнослужащих на деле фиктивными, недействующими и нереализуемыми в отношении военнослужащих и граждан, уволенных с военной службы, проживающих в этих городках. Следует учитывать и то, что по тем или иным причинам не все военнослужащие имеют желание сменить после увольнения то жилье, которое они получили во время военной службы, согласны жить в нем бессрочно и вовсе не желают выезжать за счет государства из этого жилья, хотя оно и находится на территориях закрытых военных городков. Это может быть обусловлено регионом нахождения закрытого военного городка (ведь, понятно, что не каждый согласен переехать жить из Подмосковья или Краснодарского края в Сибирь или на Урал) или тем, что по месту нахождения закрытого военного городка проживают все родные и близкие военнослужащих, а кто-то на старости лет просто не желает переезжать на новое и незнакомое место жительства. А принудительно выселить уволенных военнослужащих из такого жилья в закрытых военных городках органы военного управления нередко, в силу гарантий законов Российской Федерации, не вправе. С одной стороны, подобное жилье в закрытых военных городках, заселенное семьями уволенных с военной службы граждан, формально оставаясь федеральной собственностью, реально, по сути, уже выходит из распоряжения Министерства обороны Российской Федерации и не может далее быть использовано как служебное жилье для заселения других военнослужащих. С другой стороны, так как большинство граждан после увольнения с военной службы теряют связь с Вооруженными Силами Российской Федерации, представляется, что распространять на них и членов их семей все те ограничения гражданских прав, которыми обусловлено проживание на территориях закрытых военных городков в интересах Министерства обороны Российской Федерации, было бы не только несправедливо, но и, по мнению автора, незаконно, так как это противоречит духу и букве общих правовых гарантий Конституции Российской Федерации о приоритете прав граждан Российской Федерации перед интересами государства и его органов. А в условиях, когда чиновники Министерства обороны Российской Федерации постоянно «плачутся», что у них нет возможности выселить всех желающих граждан, потерявших связь с Вооруженными Силами Российской Федерации, из закрытых военных городков с предоставлением другого жилья, а также средств на содержание жилых помещений в закрытых военных городках, в которых проживают граждане, потерявшие связь с Вооруженными Силами, распространение на таких граждан, уволенных с военной службы и оставшихся проживать в закрытых военных городках, общего гражданского права на бесплатную приватизацию жилых помещений, в которых они остались проживать после увольнения, для государства и Министерства обороны Российской Федерации, по мнению автора, было бы наилучшим, наиболее экономным для федерального бюджета (так как не требует дополнительных финансовых ассигнований) и устраивающим всех (и самих уволенных граждан, и государство) способом разрешения жилищного вопроса. Но такому удобному для всех способу разрешения жилищной проблемы в закрытых военных городках препятствует прямой запрет на приватизацию жилых помещений в закрытых военных городках. По мнению автора, наиболее разумным выходом из сложившейся ситуации было бы внесение законодателем таких изменений в действующие нормы законов Российской Федерации, которые исключили бы абсолютный запрет на приватизацию всех, без какого-либо исключения, жилых помещений в закрытых военных городках и допускали бы, по желанию самих граждан, приватизацию тех жилых помещений в закрытых военных городках, в которых проживают уволенные военнослужащие и члены их семей и которые уже не могут быть фактически использованы военным ведомством в качестве служебного жилья для заселения в него других военнослужащих, т. е. не отвечают целям «закрытия» военного городка. С другой стороны, если Российское государство действительно стремится к развитию демократии, а Министерство обороны Российской Федерации заинтересовано в создании в закрытых военных городках фонда служебного жилья для заселения в служебные жилые помещения военнослужащих на время их военной службы в этих городках, то все это должно обеспечиваться не столько и не только нормативными ограничениями военнослужащих в правах пользования и распоряжения жилыми помещениями в закрытых военных городках, а преимущественно правовыми и финансовыми средствами, делающими переселение из жилых помещений в закрытых военных городках не только реально возможным для увольняемых и уже уволенных военнослужащих, но и выгодным для них. В частности, это должно быть обеспечено нормативным урегулированием разных форм и способов жилищного обеспечения в порядке «переселения» из закрытых военных городков с предоставлением военнослужащим права самим избирать форму и порядок их жилищного обеспечения: не только в форме получения ГЖС и денежных субсидий на покупку и строительство жилья, но и в форме получения от государства в лице военного ведомства жилых помещений как по договорам социального найма, так и непосредственно в собственность. На страницах нашего журнала уже много раз, в том числе автором, поднималась указанная проблема и предлагались конкретные способы преодоления существующих недостатков в нормативно-правовом регулировании жилищных правоотношений в закрытых военных городках. Но автор полагает, что в предыдущих статьях не хватало комплексной и всесторонней оценки существа этой проблемы, что не позволяло выявить ее социальные корни и делало предлагаемые способы преодоления недостатков и правовых пробелов нормативного урегулирования через тот или иной орган государственной власти малоэффективными. Следует учитывать и то, что в настоящее время в закрытых военных городках и закрытых административно-территориальных образованиях России проживают миллионы ее граждан. И потому задача нормативно-правового урегулирования жилищных правоотношений для жителей закрытых военных городков имеет чрезвычайно важное, даже, можно сказать, стратегическое значение. Но все это возможно только при совокупной и слаженной работе всех трех ветвей государственной власти России. Иначе получится, как в известной басне И. Крылова, когда лебедь, рак и щука тянут общий воз в разные стороны, «а воз и ныне там». Для устранения неконституционного и несправедливого ограничения в гражданских правах жителей закрытых военных городков, по мнению автора, вновь избранному составу депутатов Государственной Думы Российской Федерации следует не игнорировать вышеуказанные вопросы, а разработать и внести в действующие законы Российской Федерации ряд важных изменений и дополнений. Так, ряд существенных правовых пробелов жилищного законодательства можно легко устранить нормативно, всего лишь добавив в п. 1 ст. 92 Жилищного кодекса Российской Федерации в список специализированных жилых помещений дополнительный подпункт — «8) жилые помещения в закрытых военных городках», т. е. нормативно указать реальный юридический статус всех жилых помещений, расположенных на территориях закрытых военных городков. Ведь очевидно, что только одного этого уже будет достаточно для устранения, на наш взгляд, незаконных действий чиновников жилищных органов Министерства обороны Российской Федерации, по своему личному усмотрению относящих абсолютно одинаковые жилые помещения даже в одном и том же доме в закрытом военном городке к предоставленным как для временного, так и для постоянного проживания, и, в зависимости от такой разной оценки, признающим права на получение другого жилого помещения или отказывающим в признании таких прав для одинаковых категорий военнослужащих и граждан, уволенных с военной службы, проживающих в таких одинаковых по ограничениям в их использовании жилых помещениях в закрытых военных городках. Также необходимо и в нормы ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» внести изменения и дополнения о правах военнослужащих и граждан, уволенных с военной службы, проживающих в закрытых военных городках. Так, к примеру, в п. 6 ст. 15 этого Закона законодатель установил одинаковый запрет на приватизацию занимаемого жилья как для военнослужащих, граждан, уволенных с военной службы, и членов их семей, которые проживают в служебных жилых помещениях, так и для тех из них, кто проживает в ведомственных жилых помещениях Министерства обороны Российской Федерации в закрытых военных городках, что, безусловно, сделано в интересах Министерства обороны Российской Федерации, но никак уж не в законных интересах самих этих граждан. Следует отметить, что запрет на приватизацию занимаемого ведомственного жилья для военнослужащих законодатель уже фактически компенсировал равноценным возмещением, а именно правом на получение в собственность бесплатно жилого помещения в избранном после увольнения постоянном месте жительства (абз. 12 п. 1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих»). Но из буквального смысла этой нормы следует, что указанное право может быть признано и реализовано не для всех военнослужащих и граждан, уволенных с военной службы, а только для «военнослужащих-граждан, обеспечиваемых на весь срок военной службы служебными жилыми помещениями и признанных нуждающимися в жилых помещениях в соответствии со статьей 51 Жилищного кодекса Российской Федерации». Но ведь в ст. 51 Жилищного кодекса Российской Федерации не указано такого основания для признания нуждающимся в жилых помещениях, как «проживание в жилом помещении на территории закрытого военного городка», а в нормах жилищного законодательства Российской Федерации «жилые помещения в закрытых военных городках» нормативно не уравнены по условиям проживания и пользования ими со «служебными жилыми помещениями» (наоборот, в п. 6 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» они даже юридически разделены на разные виды жилых помещений). И именно эти юридические коллизии действующих норм законов позволяют правоприменителям на практике не распространять гарантию, предусмотренную абз. 12 п. 1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» на военнослужащих и граждан, уволенных с военной службы, проживающих в закрытых военных городках, под предлогом, что их жилые помещения в закрытых военных городках не были признаны служебным жильем и поэтому эти граждане были обеспечены военным ведомством жилым помещением для постоянного проживания во время их военной службы на территориях закрытых военных городков. По мнению автора, устранить указанную правовую коллизию законодателю также достаточно легко: следует всего лишь указать в абз. 12 п. 1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» дополнительно, что право и порядок предоставления жилого помещения в собственность в избранном месте жительства предоставлено военнослужащим-гражданам, обеспечиваемым на весь срок военной службы служебными жилыми помещениями и жилыми помещениями в закрытых военных городках. Также законодателю, по мнению автора, необходимо внести дополнения и в п. 2.1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих», распространив новые формы жилищного обеспечения (в том числе и взамен выдачи ГЖС) не только на тех граждан, уволенных с военной службы, которые были до 1 января 2005 г. приняты на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях в муниципальных органах, но и на граждан, уволенных с военной службы, которые были приняты на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях и (или) на получение ГЖС в органах военного управления по месту их военной службы, в том числе в порядке переселения из закрытого военного городка, причем без ограничения права на эти формы жилищного обеспечения за счет средств федерального бюджета сроком принятия на такой учет: до 1 января 2005 года. Важные правомочия по нормативно-правовому регулированию жилищных правоотношений предоставлены Правительству Российской Федерации. Так, во многих нормах ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» (в том числе в абз. 12 п. 1) есть прямое указание на то, что устанавливать и регулировать конкретный порядок того или иного способа (или формы) жилищного обеспечения военнослужащих и граждан, уволенных с военной службы, управомочено Правительство Российской Федерации. Однако на деле Правительство Российской Федерации не очень-то активно использует эти свои правомочия. Так, Правительству Российской Федерации понадобилось целых 13 лет, чтобы в нормах Постановления от 29 июня 2011 г. N 512 частично раскрыть порядок принятия военнослужащих на учет на получение жилых помещений в собственность. Но вот порядок предоставления Министерством обороны Российской Федерации самих жилых помещений в собственность военнослужащих Правительство Российской Федерации до сих пор детально не разработало <2>. ——————————— <2> Для сотрудников органов внутренних дел такой порядок утвержден Постановлением Правительства Российской Федерации от 30 декабря 2011 г. N 1235.

Следует учесть и такое важное обстоятельство, что в России все военные городки «закрываются» и «открываются» распоряжениями Правительства Российской Федерации. В связи с этим, по мнению автора, Правительству Российской Федерации целесообразно разработать и утвердить постановление, устанавливающее порядок жилищного обеспечения военнослужащих, проходящих военную службу в закрытых военных городках, в том числе при увольнении, и граждан, проживающих в закрытых военных городках. Представляется, что в таком порядке должно быть дано определение закрытого военного городка, содержащее его существенные признаки, должен быть определен юридический статус всех жилых помещений на территориях закрытых военных городков, должно быть указано, на условиях какого найма (по договору социального найма или по договору найма служебного жилья) должны предоставляться военнослужащим жилые помещения в закрытых военных городках, должны быть обязательно указаны права и обязанности нанимателей жилых помещений в закрытых военных городках, должен быть определен порядок признания органами военного управления жителей закрытого военного городка (причем не только самих военнослужащих, но и граждан, уже уволенных с военной службы, и самостоятельно — бывших членов семей военнослужащих и других граждан, не имеющих отношения к военной службе, но проживающих в закрытых военных городках) нуждающимися в жилых помещениях за пределами закрытых военных городков (вне зависимости от факта их военной службы, но при условии сдачи Министерству обороны Российской Федерации жилых помещений в закрытых военных городках), а также должны быть урегулированы все другие жилищные правоотношения по пользованию и распоряжению гражданами жилыми помещениями в закрытых военных городках.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *