Несправедливые условия в договорах с потребителями: понятие, виды, способы судебной защиты

(Кратенко М. В.) («Законы России: опыт, анализ, практика», 2008, N 4) Текст документа

НЕСПРАВЕДЛИВЫЕ УСЛОВИЯ В ДОГОВОРАХ С ПОТРЕБИТЕЛЯМИ: ПОНЯТИЕ, ВИДЫ, СПОСОБЫ СУДЕБНОЙ ЗАЩИТЫ

М. В. КРАТЕНКО

Кратенко Максим Владимирович, кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского права Сибирского федерального университета (г. Красноярск).

Понятие несправедливых условий договора в российском и зарубежном праве

Развитие розничной торговли и сферы обслуживания, равно как и повышение уровня правовой культуры россиян, стало причиной многочисленных судебных споров о защите прав потребителей. Сегодня это едва ли не самая распространенная категория дел, рассматриваемых мировыми судьями и судами общей юрисдикции. Активно формируется и арбитражная практика по спорам, связанным с привлечением хозяйствующих субъектов к административной ответственности за нарушение прав потребителей, ущемление их законных интересов. Законодательство закрепляет для потребителя систему гарантий, в частности: право на информацию об изготовителе (продавце, исполнителе) и о товарах (ст. 8 Закона РФ от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» <1>); право на безопасность товара (ст. 9); недействительность условий договора, ущемляющих права потребителя (п. 1 ст. 16); запрет навязывания потребителю дополнительных работ и услуг (п. 3 ст. 16). ——————————— <1> Далее — Закон о защите прав потребителей.

За нарушение прав потребителей, установленных законами и иными правовыми актами РФ, продавец (исполнитель, изготовитель) несет гражданско-правовую, административную и даже уголовную ответственность (ст. 43 Закона о защите прав потребителей). Особенности гражданско-правовой ответственности продавца (исполнителя, изготовителя) за нарушение прав потребителя неоднократно исследовались в научной литературе. С точки зрения основания наступления ответственность продавца (исполнителя) может быть как договорной (возмещение потребителю расходов на устранение недостатков товара, снижение цены товара и пр.), так и внедоговорной (возмещение вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие недостатков товара). По своему объему ответственность продавца (исполнителя) является повышенной: убытки подлежат возмещению в полном объеме сверх неустойки, установленной законом или договором (п. 2 ст. 13 Закона). Относительно неисследованной остается проблема включения в договор условий, ущемляющих законные права потребителя. Подобное злоупотребление со стороны продавца (исполнителя, изготовителя) образует состав не только гражданского, но и административного правонарушения и влечет наложение штрафа на должностных лиц в размере от одной тысячи до двух тысяч рублей, на юридических лиц от десяти тысяч до двадцати тысяч рублей (ч. 2 ст. 14.8 Кодекса РФ об административных правонарушениях <2>). Органом, уполномоченным рассматривать такие дела, является Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека (Роспотребнадзор) <3> и ее территориальные органы (ст. 23.48 КоАП РФ). ——————————— <2> Далее — КоАП РФ. <3> Положение о Федеральной службе по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека утверждено Постановлением Правительства РФ от 30 июня 2004 г. N 322 (в ред. от 14 декабря 2006 г.) // СЗ РФ. 2004. N 28. Ст. 2899.

Включение в договор условий, ущемляющих законные права потребителя, является частью более широкой проблемы злоупотребления свободой договора в форме навязывания контрагенту несправедливых условий договора (unfair terms). <4>. ——————————— <4> Подробнее см.: Кратенко М. В. Оспаривание невыгодных условий договора // Арбитражная практика. 2006. N 10. С. 6 и сл.

Специфика несправедливых условий договора заключается в том, что они не противоречат закону в явной форме (по крайней мере, императивным нормам), но в конкретной ситуации могут лишать одного из контрагентов прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключать или ограничивать ответственность другой стороны за нарушение обязательств и т. п. Несправедливые условия договора хорошо известны зарубежному законодателю. Обширная судебная практика западноевропейских стран по спорам между кредитными, страховыми организациями и потребителями их услуг послужила основой для принятия специальных законов, ограничивающих использование несправедливых оговорок в договорах на стандартных условиях: Закон об общих условиях сделок Германии 1976 г. <5>, Акт о несправедливых договорных условиях Великобритании 1977 г. <6> и др. ——————————— <5> См.: Германское право. Ч. 3 / Науч. ред. Р. И. Каримуллин. М., 1999. С. 32 и сл. <6> Unfair Contract Terms Act 1977. Available on: http://www. john. antell. name/UCTA1977.htm.

В 1993 г. Совет Европы утвердил Директиву 93/13/EEC «О несправедливых условиях в договорах с потребителями» <7>, в соответствии с которой несправедливым является такое условие, которое вносит значительный дисбаланс в права и обязанности сторон по договору в ущерб потребителю. Несправедливым может быть признано лишь то условие, которое не было предметом специального согласования с потребителем (п. 1 ст. 3). То обстоятельство, что отдельные условия договора или их некоторые аспекты были индивидуально согласованы, не исключает применение Директивы к оставшейся части договора. ——————————— <7> Council Directive 93/13/EEC of 5 April 1993 on unfair terms in consumers contracts. Available on: http://europa. eu. int/comm/consumers/policy/developments/unfa_cont_term/ust01_en/pdf.

Директива содержит примерный (не исчерпывающий) перечень условий, которые могут рассматриваться как несправедливые: наделяющие продавца (исполнителя) правом расторгать договор по произвольному основанию, без какой-либо уважительной причины, если аналогичная возможность не предоставлена потребителю; предоставляющие продавцу право в одностороннем порядке изменять условия договора без какой-либо действительной (уважительной) причины, четко определенной в договоре, в частности потребительские характеристики товара (работы, услуги); исключающие или ограничивающие право потребителя воспользоваться юридическими средствами защиты, законными процедурами, в частности: обязывающее потребителя разрешать споры с продавцом исключительно путем арбитража, ограничивающее потребителя в представлении тех или иных доказательств, перелагающее на потребителя некоторые обязанности по доказыванию (если соответствующим законом бремя их доказывания возложено на продавца) и пр. В немецком Законе об общих условиях сделок отчасти повторяются несправедливые оговорки из приложения к Директиве 93/13/EEC. Кроме того, содержатся дополнительные оговорки: допускающие возможность оценки, т. е. оспоримые (§ 10), и не допускающие возможности оценки, т. е. ничтожные (§ 11). К числу последних отнесены: условие о праве пользователя (лица, использующего стандартную форму договора) требовать возмещения убытков или расходов в заранее определенном размере, если другая сторона (присоединившаяся) лишается возможности доказывать, что убытки или расходы отсутствуют или существенно ниже твердой суммы; условие об исключении или ограничении ответственности пользователя за нарушение договора по грубой неосторожности; условие, ограничивающее гарантийные требования к пользователю только правом на устранение недостатков или замену (исключаются требования об уменьшении цены, расторжении договора) и пр. <8>. ——————————— <8> После реформы обязательственного права Германии положения Закона об общих условиях сделок включены в Германское гражданское уложение. См.: Гражданское уложение Германии / Пер. с нем.; Науч. ред. А. Л. Маковский (и др.). М., 2004. С. 62 и сл.

Классификация несправедливых условий договора

Несправедливые условия договора (оговорки) могут быть классифицированы по различным основаниям. Например, можно выделить оговорки, имеющие материально-правовое и процессуальное значение. Если первые ущемляют конкретные субъективные права потребителя (на получение товара надлежащего качества, на досрочное расторжение договора и пр.) либо возлагают на потребителя экономически не оправданные обязанности (не связанные с предметом договора и пр.), то вторые ограничивают потребителя в средствах и способах защиты нарушенных прав (в том числе их выборе), в представлении тех или иных доказательств либо возлагают на потребителя обязанность по доказыванию определенных обстоятельств. Несправедливые условия процессуального характера могут затруднять обращение потребителя за судебной защитой вследствие установления обязательного досудебного (претензионного) порядка разрешения споров по договору или изменения территориальной подсудности для рассмотрения споров. Несправедливые оговорки материально-правового характера, в свою очередь, могут быть разделены на следующие подгруппы: наделяющие продавца (исполнителя) правами на односторонние действия, связанные с исполнением обязательств по договору: правом на односторонний отказ от договора без уважительных причин, правом на изменение потребительских свойств товара (работы, услуги), правом на изменение цены по договору; ограничивающие ответственность продавца (исполнителя) за нарушение обязательств по договору, например только случаями умышленного нарушения обязательств, возмещением потребителю лишь реального ущерба или выплатой исключительной неустойки; возлагающие на потребителя дополнительные обременения, не связанные с предметом договора, вследствие одновременного заключения договора о техническом обслуживании приобретенного товара, договора об установке программного обеспечения на приобретенный товар и т. п.; ограничивающие потребителя в реализации законных прав и гарантий: включение в договор купли-продажи условий, ограничивающих возможность обмена товара надлежащего качества; установление в договоре возмездного оказания услуг санкций за досрочное расторжение договора или срока предупреждения исполнителя о расторжении договора <9>. ——————————— <9> Подробнее см.: Кратенко М. В. Односторонний отказ заказчика услуг от исполнения договора // Арбитражная практика. 2006. N 7. С. 26 и сл.

Квалификация условий договора в качестве несправедливых — процесс достаточно сложный, предполагающий выявление и оценку обычной деловой практики, сложившейся по тому или иному вопросу. Невыгодное и обременительное на первый взгляд условие суд может признать вполне приемлемым, если им обеспечиваются определенные хозяйственные или деловые цели. Например, общество обратилось в Арбитражный суд Алтайского края с иском к ОАО «А» об урегулировании разногласий, возникших при заключении договора на подачу и потребление электрической энергии. Истец попросил принять некоторые пункты в своей редакции, а некоторые исключить из текста договора. Решением суда первой инстанции отдельные пункты договора энергоснабжения приняты в редакции истца, из договора исключены некоторые пункты. Апелляционная инстанция оставила решение без изменения. Рассмотрев кассационную жалобу ОАО «А», ФАС Западно-Сибирского округа изменил решение суда первой инстанции и постановление апелляционной инстанции. В ходе судебного разбирательства ответчик настаивал на включении в договор условия об ответственности абонента в виде оплаты 50% стоимости недопотребленной энергии в случае невыполнения месячных величин потребления. Указанный пункт подлежал включению в договор в редакции ОАО «А». Отказывая в этом акционерному обществу, суд первой инстанции сослался на противоречие данного пункта договора ст. 544 ГК РФ, регулирующей условия и порядок оплаты энергии. Ссылка суда на указанную норму права неправомерна, поскольку в данном случае речь идет не об оплате энергии, а об установлении ответственности за один из видов нарушения обязательства со стороны абонента. Указанное условие правомерно включено в договор энергоснабжения в связи с тем, что при нарушениях потребителями условия договора энергоснабжения о количестве покупаемой энергии ОАО «А» несет существенные убытки, а в некоторых случаях возможны аварийные ситуации. Введение санкций за недобор энергии стимулирует потребителя указывать реальные объемы энергопотребления при заключении договора энергоснабжения. Принимая во внимание интересы сторон, указанный пункт договора принят в редакции ответчика <10>. ——————————— <10> Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 28 августа 2003 г. по делу N Ф04/4090-895/А03-2003.

Учитывая эту особенность несправедливых условий (их неочевидный характер), Роспотребнадзор регулярно разрабатывает рекомендации по вопросам защиты прав потребителей при заключении некоторых видов договоров, в частности договоров об оказании туристских услуг, <11> платных образовательных услуг <12> и платных медицинских услуг <13>, договора об участии в долевом строительстве многоквартирных жилых домов <14>, договора о предоставлении жилищно-коммунальных услуг <15> и др. ——————————— <11> См.: письмо Роспотребнадзора от 31 августа 2007 г. N 0100/8935-07-32 «Об особенностях правоприменительной практики, связанной с обеспечением защиты прав потребителей в сфере туристического обслуживания» // СПС «КонсультантПлюс». <12> Решение Министерства по антимонопольной политике РФ от 24 ноября 1999 г. «О соблюдении законодательства о защите прав потребителей при оказании платных образовательных услуг» // Бюллетень Минобразования РФ. 2000. N 4. <13> Письмо Роспотребнадзора от 18 апреля 2007 г. N 0100/3996-07-32 «О проведении мероприятий по контролю за соблюдением законодательства о защите прав потребителей в сфере предоставления платных медицинских услуг гражданам» // СПС «КонсультантПлюс». <14> Приказ Роспотребнадзора от 3 августа 2006 г. N 228 «О мерах, направленных на повышение эффективности работы, связанной с защитой прав потребителей в сфере долевого строительства жилья» // Российская газета. N 201. 2006. <15> Методические рекомендации по вопросам защиты прав потребителей в сфере жилищно-коммунального хозяйства, утвержденные руководителем Роспотребнадзора 28 декабря 2004 г. // Журнал руководителя и главного бухгалтера ЖКХ. 2005. N 6 (ч. II).

Так, в договорах об оказании платных образовательных услуг получили широкое распространение следующие виды несправедливых условий: о праве образовательного учреждения расторгать договор в случаях неоплаты или просрочки оплаты образовательных услуг; об ограничении права потребителя на отказ от исполнения договора в любое время и без обоснования причин (противоречит п. 1 ст. 782 ГК РФ); о невозврате сумм, уплаченных за образовательные услуги при досрочном расторжении договора потребителем; о внесении отдельной платы за пересдачу экзаменов, контрольных работ и зачетов; об установлении исключительной подсудности споров по месту нахождения образовательного учреждения и т. д.

Практика арбитражных судов по спорам, связанным с применением ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ (включение в договор условий, ущемляющих установленные законом права потребителя)

Договор розничной купли-продажи

Условия гарантийного талона на приобретенный товар ограничивают потребителя в выборе способов защиты нарушенного права (предъявлении требования о замене товара ненадлежащего качества), а также затрудняют предъявление претензии продавцу. Индивидуальный предприниматель К. обратился в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением к управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Алтайскому краю (далее — территориальный орган) о признании незаконным постановления о привлечении к административной ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 14.8 Кодекса РФ об административных правонарушениях. Решением Арбитражного суда Алтайского края, оставленным без изменения апелляционной инстанцией, в удовлетворении заявления было отказано. ФАС Западно-Сибирского округа, проверив правильность применения арбитражными судами норм материального и процессуального права, не нашел оснований для удовлетворения кассационной жалобы предпринимателя. Частью второй статьи 14.8 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за включение в договор условий, ущемляющих установленные законом права потребителя. Статья 16 Закона РФ от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» признает ущемляющими те условия договора, которые исключают или ограничивают права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами РФ в области защиты прав потребителей. Из материалов дела следует, что предпринимателем К. в гарантийный талон, выдаваемый на реализуемые товары, включены условия, ущемляющие права потребителя и противоречащие положениям законодательства о защите прав потребителей, а именно: гарантия действительна только при наличии правильно и четко заполненного оригинала гарантийного талона с указанием серийного номера изделия, даты продажи, гарантийного срока, печати фирмы-продавца и подписи покупателя; замена неисправного изделия производится в том случае, если изделие трижды приходило в негодность по одной и той же причине. Между тем в соответствии с п. 5 ст. 18 Закона о защите прав потребителей отсутствие у потребителя кассового или товарного чека либо иного документа, удостоверяющего факт и условия покупки товара, не являются основанием для отказа в удовлетворении его требований, связанных с недостатками товара. В соответствии со ст. 18 Закона потребитель, которому продан товар ненадлежащего качества, вправе по своему выбору потребовать: безвозмездного устранения недостатков товара или возмещения расходов на их исправление потребителем или третьим лицом; соразмерного уменьшения покупной цены; замены на товар аналогичной марки (модели, артикула); замены на такой же товар другой марки (модели, артикула) с соответствующим перерасчетом покупной цены. Потребитель вместо предъявления этих требований вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы <16>. ——————————— <16> Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 26 июля 2007 г. по делу N Ф04-5192/2007(36779-А03-43).

Покупателю технически сложного товара навязаны дополнительные платные услуги по сервисному обслуживанию. При этом выданный покупателю сертификат на сервисное обслуживание фактически подменяет предусмотренные законом права покупателя в случае продажи товара ненадлежащего качества. Общество обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании незаконным постановления управления Роспотребнадзора по Свердловской области (далее — Управление) о привлечении к ответственности, предусмотренной ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ. Решением суда в удовлетворении заявления отказано. В кассационной жалобе, поданной в ФАС Уральского округа, общество просит это решение отменить, заявление удовлетворить, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права. Как следует из материалов дела, в ходе мероприятия по контролю за соблюдением законодательства в сфере защиты прав потребителей в принадлежащем обществу магазине управлением установлен факт реализации обществом технически сложных товаров бытового назначения с включением в договор условий, ущемляющих права потребителя. Продажа товаров обусловливалась обязательным приобретением за дополнительную плату сертификата программы дополнительного сервисного обслуживания. По результатам проверки составлен протокол об административном правонарушении, на основании которого управление вынесло постановление о привлечении общества к административной ответственности по ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ. Отказывая в удовлетворении требований общества, суд первой инстанции исходил из доказанности факта совершения обществом административного правонарушения. По мнению ФАС Уральского округа, выводы суда являются правильными, соответствующими материалам дела и действующему законодательству. В силу п. 2 ст. 16 Закона о защите прав потребителей запрещается обусловливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением других товаров (работ, услуг). Судом установлено, что при продаже технически сложного товара бытового назначения (стиральная машина), в отношении которого изготовитель указал гарантийный срок качества, покупатель обязан был приобрести за дополнительную плату сертификат программы дополнительного сервиса. При этом продавец магазина сообщал покупателям, что стиральная машина продается по специальному предложению и приобретение сертификата программы дополнительного сервиса является обязательным. Кроме того, в сертификате программы дополнительного сервиса указан период действия сертификата — два года со дня его выдачи. Дата выдачи сертификата совпадала с датой продажи бытовой техники, т. е. с началом течения гарантийного срока. Следовательно, указанный сертификат, не устанавливая дополнительных услуг, подменяет права потребителя на безвозмездное устранение недостатков товара при их обнаружении в течение гарантийного срока, на безвозмездную замену товара и на безвозмездное предоставление услуги по доставке крупногабаритного товара и товара весом более 5 кг для ремонта, что является нарушением положений ст. ст. 18, 19 Закона о защите прав потребителей <17>. ——————————— <17> Постановление ФАС Уральского округа от 19 сентября 2006 г. по делу N Ф09-8209/06-С1.

Договор участия в долевом строительстве

Застройщик не вправе уменьшать в договоре неустойку (за нарушение прав инвестора), если ее размер определен законом. Общество обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о признании незаконным и отмене постановления территориального Управления Роспотребнадзора по Нижегородской области (далее — управление, надзорный орган) о назначении обществу административного наказания по ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ. В удовлетворении заявленного требования отказано. В кассационной жалобе общество просит отменить судебное решение, поскольку в его действиях отсутствует вмененный состав административного правонарушения. Рассмотрев кассационную жалобу, ФАС Волго-Вятского округа не нашел оснований для ее удовлетворения. Как следует из материалов дела, в договор о долевом участии в строительстве было включено условие о том, что в случае просрочки исполнения обязательств по договору общество выплачивает инвестору неустойку в размере 0,05% цены договора за каждый день просрочки, но в любом случае не более 10% цены договора. Между тем п. 5 ст. 28 Закона о защите прав потребителей предусматривает, что в случае нарушения установленных сроков выполнения работы исполнитель уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку в размере 3% цены выполнения работы. Договором о выполнении работ (оказании услуг) между потребителем и исполнителем может быть установлен только больший размер неустойки. Кроме того, сумма взысканной потребителем неустойки не может превышать цену отдельного вида работ или общую цену заказа, если цена выполнения отдельного вида работы не определена договором <18>. ——————————— <18> Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 29 января 2007 г. по делу N А43-31292/2006-43-1038.

Застройщик не вправе включать в договор с инвестором (потребителем) условия, расширяющие перечень оснований для одностороннего отказа от исполнения договора, а также увеличивающие по сравнению с законом размер ответственности инвестора и срок возврата ему денежных средств при расторжении договора. Общество обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением к Управлению Роспотребнадзора по Новосибирской области (далее — управление) об отмене постановления о привлечении к административной ответственности по ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ. Суд первой инстанции отказал в удовлетворении требований общества, отметив, что в нескольких пунктах договора долевого участия в строительстве содержатся условия, противоречащие п. 5 ст. 5, п. п. 2, 5 ст. 9 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. N 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» (здесь и далее — Закон N 214-ФЗ), что образует состав правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ. ФАС Западно-Сибирского округа, рассмотрев кассационную жалобу общества, оставил принятое по делу решение в силе. Как установлено судом первой инстанции, в соответствии с договором участия в долевом строительстве застройщик вправе расторгнуть договор в одностороннем порядке в случае, если участник долевого строительства нарушил сроки оплаты по договору. Кроме того, застройщик вправе взыскать с участника долевого строительства за просрочку исполнения обязательств неустойку в размере 1/150 ставки рефинансирования Центрального банка РФ. Срок возврата денежных средств участнику долевого строительства составляет по договору 30 дней с момента подписания соглашения о расторжении договора. Между тем в соответствии с п. 5 ст. 5 Закона N 214-ФЗ основанием для одностороннего отказа застройщика от исполнения договора является систематическое нарушение участником долевого строительства сроков внесения платежей, т. е. нарушение срока внесения платежа более чем три раза в течение двенадцати месяцев или просрочка внесения платежа в течение более чем трех месяцев. В силу п. 6 ст. 5 указанного Закона в случае просрочки внесения платежа участник долевого строительства уплачивает застройщику неустойку в размере 1/300 ставки рефинансирования Центрального банка РФ. При расторжении договора по соглашению сторон денежные средства возвращаются участнику долевого строительстве в течение 10 рабочих дней со дня расторжения договора. Поэтому выводы суда первой инстанции о том, что пункты договора участия в долевом строительстве противоречат положениям Закона N 214-ФЗ и ущемляют права участника долевого строительства, являются верными <19>. ——————————— <19> Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 9 апреля 2007 г. по делу N Ф04-1990/2007(33110-А45-43).

Условия договора об участии в долевом строительстве, запрещающие инвестору (потребителю) уступать права по договору до момента уплаты всей цены, а также обязывающие инвестора вносить коммунальные платежи с момента составления акта приема-передачи объекта строительства, не противоречат действующему законодательству и не ущемляют права потребителей. Общество обратилось в Арбитражный суд Амурской области с заявлением о признании незаконным и отмене постановления Управления Роспотребнадзора по Амурской области (далее — управление) по делу об административном правонарушении. Решением суда заявленные требования удовлетворены. В обоснование принятого решения суд указал, что общество вправе самостоятельно решать, разрешать ли участнику долевого строительства производить уступку права требования по договору долевого участия, поэтому включение в договор долевого участия такого пункта не нарушает прав потребителей. Не допущено нарушений прав потребителей и включением в договор положения, согласно которому с момента передачи построенного объекта инвестору на последнего возлагаются обязанности по внесению платы за коммунальные услуги. Подав кассационную жалобу, управление просит отменить решение, со ссылкой на неправильное применение судом норм материального права. Суд кассационной инстанции не нашел оснований для отмены решения. Как следует из материалов дела, при проверке стандартного договора об участии в долевом строительстве, заключаемого обществом с гражданами, управление установило, что в договор включены условия, ущемляющие права потребителей. Так, участнику долевого строительства запрещается до момента стопроцентной оплаты стоимости объекта передавать свои права и обязанности по договору третьим лицам. Данное условие, по мнению управления, ущемляет право потребителя, установленное в п. 1 ст. 11 Закона N 214-ФЗ, согласно которому уступка участником долевого строительства прав требований по договору допускается одновременно с переводом долга на нового участника долевого строительства. Из другого пункта договора следует, что с момента завершения строительства участник обязан нести все расходы по содержанию объекта, в том числе оплачивать эксплуатационной организации коммунальные услуги и услуги по содержанию и обслуживанию многоквартирного жилого дома, соразмерно площади объекта, включая период с момента завершения строительства многоквартирного жилого дома до дня заключения договора по обслуживанию с эксплуатационной организацией. Данное условие, по мнению управления, противоречит положениям п. 5 ч. 2 ст. 153 Жилищного кодекса РФ. На основании результатов проверки управлением вынесено постановление о привлечении общества к административной ответственности по ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ. Между тем выводы управления ошибочны. В соответствии со ст. 391 ГК РФ перевод долга на другое лицо допускается лишь с согласия кредитора, поскольку личность должника имеет для кредитора существенное значение. Исходя из буквального толкования ст. 391 ГК РФ, следует, что общество вправе самостоятельно решать, разрешать ли участнику долевого строительства производить уступку права требования по договору долевого участия. В указанной норме отражено безусловное право кредитора на отказ должнику в переводе долга на другое лицо. Кроме того, ни в одном нормативном акте не предусмотрена обязанность кредитора обосновывать свой отказ в переводе долга какими-либо объективными причинами. Доводы управления о том, что участник долевого строительства обязан нести расходы по содержанию приобретенного им по договору объекта недвижимости лишь с момента государственной регистрации права собственности на объект, также не соответствуют действующему законодательству. С момента подписания передаточного акта обязательства застройщика по договору долевого участия считаются исполненными (п. 1 ст. 12 Закона N 214-ФЗ). В свою очередь, участник долевого строительства владеет и пользуется построенным объектом недвижимости как своим собственным, вправе обратиться с заявлением о государственной регистрации права собственности на данный объект. Кроме того, в соответствии со ст. 153 Жилищного кодекса РФ обязанность по оплате коммунальных услуг в равной мере распространяется на всех лиц, использующих жилое помещение на законных основаниях (собственников, нанимателей и пр.) <20>. ——————————— <20> Постановление ФАС Дальневосточного округа от 23 марта 2007 г. по делу N Ф03-А04/07-2/290.

Договор об оказании платных образовательных услуг

Основания для расторжения договора о платном обучении по инициативе вуза сформулированы без учета устава вуза и предусмотренных в нем обязанностей обучающегося, выходят за рамки образ овательного процесса и ущемляют законные права потребителя. Неправомерно также включение в договор условий о том, что при досрочном расторжении договора по инициативе обучающегося плата за текущий учебный год (внесенная в качестве задатка) не подлежит возврату, а также о внесении дополнительной платы за пересдачу зачетов и экзаменов. Университет обратился в Арбитражный суд г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к территориальному Управлению Министерства РФ по антимонопольной политике и поддержке предпринимательства (далее — управление) о признании недействительными решения и предписания о нарушении законодательства о защите прав потребителей. Решением суда, оставленным без изменения апелляционной инстанцией, требования университета удовлетворены. В кассационной жалобе управление просит отменить указанные судебные акты и отказать в иске, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права. Изучив материалы дела, ФАС Северо-Западного округа признал кассационную жалобу обоснованной и подлежащей удовлетворению. Как следует из материалов дела, на основании жалоб обучающихся управлением возбуждено и рассмотрено дело о нарушении университетом законодательства о защите прав потребителей, затем вынесено предписание. В нем указывалось на несоблюдение университетом положений п. 1 ст. 16 Закона о защите прав потребителей, предлагалось устранить допущенные нарушения путем приведения условий договора о подготовке специалиста с высшим образованием, ущемляющих права потребителей, в соответствие с действующим законодательством. Требования университета основаны на том, что управление не уполномочено выдавать истцу предписания, поскольку законодательство о защите прав потребителей не распространяется на образовательный процесс, а студент и университет не могут рассматриваться как стороны договора возмездного оказания услуг. Это утверждение заявителя является ошибочным, так как в соответствии со ст. 779 ГК РФ к услугам по обучению применяются правила о договоре возмездного оказания услуг. Возникновение между студентом и университетом правовых отношений в соответствии с нормами Закона РФ «Об образовании» и Федерального закона «О высшем и послевузовском профессиональном образовании», предполагающих наличие у образовательного учреждения ряда властных полномочий, а у учащихся — дисциплинарной ответственности, не исключает наличия между этими субъектами и гражданско-правовых отношений, основанных на договоре возмездного оказания услуг. В предписании управление обязывает университет привести пункт 4.2 договора о подготовке специалиста с высшим образованием в соответствие со ст. ст. 310, 450 ГК РФ, п. 9 ст. 16 Федерального закона «О высшем и послевузовском профессиональном образовании». В данном пункте договора приводится перечень оснований для расторжения договора в одностороннем порядке по инициативе университета. Последствием расторжения договора на обучение является отчисление студента. В соответствии с п. 9 ст. 16 Федерального закона «О высшем и послевузовском профессиональном образовании» за нарушение студентом обязанностей, предусмотренных уставом высшего учебного заведения и правилами его внутреннего трудового распорядка, к нему могут быть применены дисциплинарные взыскания вплоть до отчисления из высшего учебного заведения. Уставом университета предусмотрены два основания для отчисления студентов: невнесение платы за обучение в установленный срок и академическая неуспеваемость. В п. 4.2 договора помимо оснований отчисления, указанных в уставе, приведены также дополнительные: систематическое невыполнение требований деканата и ректора, нарушение студентом дисциплины, нарушение правил внутреннего трудового распорядка, систематическое нарушение приказа ректора о запрещении курения в помещениях, появление в помещениях университета и в общественных местах в состоянии алкогольного опьянения, употребление студентом наркотических веществ, отказ от исполнения требований университета о медицинском освидетельствовании, причинение существенного вреда деловой репутации университета. Требование об обязательном прохождении студентом медицинского освидетельствования противоречит положениям Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан (далее — Основы). Согласно ст. 32 Основ необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является информированное добровольное согласие гражданина, который имеет право отказаться от медицинского вмешательства или потребовать его прекращения, за исключением случаев, предусмотренных ст. 34 Основ. В качестве одного из оснований одностороннего расторжения университетом договора указано причинение студентом существенного вреда деловой репутации университета. Однако такое основание, сформулированное безотносительно к соблюдению студентом устава университета и правил внутреннего распорядка, выходит за рамки образовательного процесса. За пределы образовательного процесса выходят и такие предусмотренные п. 4.2 договора основания его расторжения, как нарушение правил проживания в доме студентов, появление в общественных местах в состоянии алкогольного опьянения. Между тем в соответствии со ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, допускается также в случаях, предусмотренных договором. Поскольку студент заключает договор на обучение не в связи с осуществлением предпринимательской деятельности, односторонний отказ университета от исполнения обязательств по договору возможен лишь в случаях, предусмотренных законом. Таким образом, условия п. 4.2 договора противоречат требованиям ст. 310 и ст. 450 ГК РФ, п. 9 ст. 16 Федерального закона «О высшем и послевузовском профессиональном образовании» и должны быть приведены университетом в соответствие с вышеуказанными нормативными актами. Также в предписании управление обязывает университет привести п. п. 3.9, 3.12 договора на обучение в соответствие со ст. 782 ГК РФ и ст. 32 Закона о защите прав потребителей. Согласно п. 3.9 договора при одностороннем расторжении договора по инициативе студента плата за текущий учебный год не возвращается, а плата за последующие несколько лет или весь период обучения возвращается при условии подачи письменного заявления до выхода приказа о переводе на последующие курсы обучения. Однако в соответствии с п. 1 ст. 782 ГК РФ заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии возмещения исполнителю фактически понесенных расходов. В ст. 32 Закона о защите прав потребителей также предусмотрено право потребителя в любое время расторгнуть договор об оказании услуг, уплатив исполнителю часть цены пропорционально объему оказанных услуг. Согласно п. 3.12 договора денежная сумма, уплаченная студентом за текущий период обучения, является задатком. Исходя из содержания п. 1 ст. 380 ГК РФ, задатком может быть только часть причитающихся по договору платежей. В то же время договором установлено единовременное внесение платы за весь год обучения и не предусмотрены последующие платежи. Таким образом, денежная сумма, внесенная студентом за год обучения, по существу не является задатком, т. е. мерой обеспечения исполнения обязательства. Включая в договор условие о задатке, университет во всех случаях расторжения договора по инициативе студента независимо от правомерности такого расторжения оставляет у себя внесенную обучающимся плату и тем самым ущемляет законные права потребителя. Таким образом, положения п. п. 3.9 и 3.12 договора противоречат действующему законодательству, и предписание управления в этой части является законным и обоснованным. Кроме того, в предписании управление обязывает университет исключить из договора на обучение условие о внесении дополнительной платы за пересдачу экзаменов и зачетов. В соответствии с условиями государственной аккредитации образовательные услуги должны быть предоставлены в объеме и на условиях, которые предусмотрены государственными образовательными стандартами высшего профессионального образования. Государственный комитет РФ по высшему образованию письмом от 2 апреля 1996 г. N 31-32-38ин/08 «О дополнительных образовательных услугах» разъяснил, что повторные сдачи экзаменов и зачетов в пределах учебных мероприятий, предусмотренных государственными стандартами, не являются дополнительной услугой, при заключении договора об оказании образовательных услуг на возмездной основе они должны включаться в стоимость основной услуги. Следовательно, предписание управления об исключении из договора этого пункта является правомерным <21>. ——————————— <21> Постановление ФАС Северо-Западного округа от 21 января 2002 г. по делу N А56-21085/01. См. также: Постановление ФАС Дальневосточного округа от 26 марта 2003 г. по делу N Ф03-А73/03-2/492.

Договор о реализации туристского продукта

Туристическая фирма не вправе исключать или ограничивать свою ответственность за изменения в туристической поездке, вызванные действиями третьих лиц. Общество обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением к Управлению Роспотребнадзора по Красноярскому краю (далее — управление, административный орган) о признании незаконным и отмене постановления по делу об административном правонарушении. Решением суда первой инстанции в удовлетворении заявленных требований отказано. В кассационной жалобе общество просит отменить судебный акт по причине несоответствия выводов суда имеющимся в деле доказательствам и неправильного применения судом ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ. Изучив доводы кассационной жалобы, ФАС Восточно-Сибирского округа не усмотрел оснований к отмене судебного решения. Как следует из материалов дела, при проведении управлением проверки установлено, что пункты договоров на оказание туристических услуг противоречат нормам действующего законодательства и ущемляют права потребителей. Эти пункты предусматривают, что общество не несет ответственности за отмену или изменение времени отправления авиарейсов и связанные с этим изменения в программе туристической поездки, за сохранность и доставку багажа туриста. Постановлением управления общество привлечено к административной ответственности по ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ. Отказывая обществу в удовлетворении требования о признании незаконным постановления административного органа, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего. В соответствии со ст. 10 Федерального закона от 24 ноября 1996 г. N 132-ФЗ «Об основах туристской деятельности в Российской Федерации» (далее — Закон N 132-ФЗ) стороной по договору о реализации туристского продукта выступает туристическая фирма (туроператор, турагент). Турист, заключивший такой договор, вправе требовать от туристической фирмы оказания всех услуг, входящих в туристический продукт. По отношению к туристу общество является должником и в силу ст. 309 Гражданского кодекса РФ обязано надлежащим образом исполнить принятые на себя обязательства. Из смысла положений п. 3 ст. 401 ГК РФ следует, что предприниматель отвечает за неисполнение обязательства даже в тех случаях, когда это обусловлено действиями третьих лиц (неисполнение обязанностей контрагентами). В соответствии со ст. 403 ГК РФ должник отвечает за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства третьими лицами, на которых было возложено исполнение, если законом не установлено иное. Следовательно, общество, действующее как предприниматель, не вправе исключать или ограничивать свою ответственность перед потребителем за нарушение обязательств по договору о реализации турпродукта. Суд первой инстанции сделал правильный вывод, что общество неправомерно ограничило в договоре на реализацию туристического продукта свою ответственность за изменения в программе туристической поездки, поскольку это ущемляет права туриста. Административный орган правомерно привлек общество к административной ответственности, предусмотренной ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ. С учетом изложенного кассационная жалоба удовлетворению не подлежит <22>. ——————————— <22> Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 19 июля 2007 г. по делу N А33-6061/07-Ф02-4388/07.

Право туристической фирмы заменить отель на равноценный (по уровню обслуживания), а также изменить сроки туристической поездки (в пределах трех суток) противоречит положениям ст. 310, п. 1 ст. 452 ГК РФ и ущемляет права потребителя. В Арбитражный суд Республики Карелия поступило заявление общества о признании незаконным и отмене постановления территориального Управления Роспотребнадзора по Республике Карелия (далее — управление) о привлечении его к административной ответственности по ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ. Решением суда обществу отказано в удовлетворении заявленных требований. В кассационной жалобе общество просит отменить решение в части, касающейся признания незаконным п. 3.11 договора на оказание туристских услуг. По его мнению, названный пункт договора, предусматривающий право турфирмы заменить отель проживания на равнозначный, а также перенести сроки поездки (в пределах трех суток), не ущемляет право потребителя на получение достоверной информации об услугах. Кассационная инстанция посчитала жалобу общества не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям. Оспариваемое обществом правонарушение квалифицировано управлением по ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ и выражается в том, что договор об оказании туристских услуг (используемый обществом при реализации турпродукта гражданам) предусматривает право турфирмы заменить отель проживания на равноценный, а также перенести сроки поездки (в пределах трех суток). Подобные условия противоречит положениям ст. 310, п. 1 ст. 452 ГК РФ и ущемляют права потребителей. Суд первой инстанции правомерно указал, что место размещения (отель) и сроки поездки относятся к существенным условиям договора и одностороннее изменение этих условий недопустимо. Буквальное толкование п. 3.11 договора, напротив, свидетельствует о возможности общества в одностороннем порядке, без уведомления и согласования с туристом, изменить эти условия. При таких обстоятельствах суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о наличии в действиях турфирмы состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ <23>. ——————————— <23> Постановление ФАС Северо-Западного округа от 6 марта 2006 г. по делу N А26-8932/2005-22.

Договоры об оказании услуг связи и услуг кабельного вещания

Условие договора об оказании услуг сотовой радиотелефонной связи о том, что при его расторжении стоимость приобретенных, но не активированных карт оплаты (пополнения лицевого счета) абоненту не возвращается, ущемляет предусмотренные законом права заказчика услуги. Общество обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании незаконным и отмене постановления Калужского территориального управления Министерства РФ по антимонопольной политике и поддержке предпринимательства (далее — управление) о привлечении общества к административной ответственности по ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ. Решением суда, оставленным без изменения апелляционной инстанцией, заявление удовлетворено. В кассационной жалобе управление просит отменить решение и постановление апелляционной инстанции, указывая на неправильное применение судом норм материального права. По мнению заявителя, телефонные карты являются средством предварительной оплаты услуг по договору оказания услуг связи, в связи с чем покупка карты является формой платежа по договору оказания услуг. Соответственно, к отношениям по возврату неиспользованных карт должны применяться правила гл. 39 ГК РФ о договоре возмездного оказания услуг. Изучив доводы кассационной жалобы, ФАС Московского округа считает, что судебные акты подлежат отмене в связи с неправильным применением судами норм материального права. Как следует из материалов дела, общество привлечено к административной ответственности за включение в договор условий, ущемляющих установленные законом права потребителя. Нарушение выразилось во включении в Правила пользования услугами сети сотовой радиотелефонной связи (далее — Правила) условия о том, что при расторжении договора стоимость приобретенных, но не активированных телефонных карт пополнения лицевого счета абоненту не возвращается. По мнению антимонопольного органа, указанное положение противоречит требованиям п. 1 ст. 782 ГК РФ и ст. 32 Закона о защите прав потребителей: ограничивает право заказчика вернуть при расторжении договора неиспользованные средства на счете (стоимость неполученных услуг). Признавая незаконным и отменяя указанное постановление антимонопольного органа, арбитражные суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что поскольку клиент приобретает карты пополнения лицевого счета на основании договора купли-продажи, то их возврат регулируется правилами о расторжении договора купли-продажи. В связи с этим соответствующий пункт Правил не регулирует правоотношения по возмездному оказанию услуг и, как следствие, не противоречит п. 1 ст. 782 ГК РФ и ст. 32 Закона о защите прав потребителей. Указанные выводы судов не соответствуют обстоятельствам дела и закону. Общество предоставляет услуги сотовой радиотелефонной связи на территории Калужской области. При этом оказание этих услуг регулируется правилами гл. 39 ГК РФ («Возмездное оказание услуг»). Согласно Правилам расчеты за услуги связи осуществляются согласно приложению к договору с выбранным порядком расчетов. В приложении к Правилам установлен порядок расчетов, в том числе посредством приобретения абонентом телефонной карты и ее активации. Таким образом, не только активация карты, но и ее приобретение составляют порядок расчетов за услуги сотовой радиотелефонной связи по договору возмездного оказания услуг. В силу ст. 32 Закона о защите прав потребителей заказчик вправе расторгнуть договор оказания услуг в любое время, уплатив исполнителю часть цены пропорционально объему оказанных услуг и возместив исполнителю расходы, произведенные им до момента расторжения договора. В связи с этим пункт Правил, согласно которому при расторжении договора абоненту не возвращается стоимость приобретенных, но не активированных телефонных карт пополнения лицевого счета, представляющих собой фактически один из этапов в оплате услуг, противоречит действующему законодательству <24>. ——————————— <24> Постановление ФАС Московского округа от 3 декабря 2003 г. по делу N КА-А40/9707-03.

Оператор подвижной связи неправомерно ограничил свою ответственность (в договоре и Правилах) за ухудшение качества услуг связи из-за действий органов государственной власти или других операторов связи. Не соответствуют законодательству положения Правил о том, что оператор вправе отказать в заключении договора при наличии уже заключенного договора с этим абонентом и имеющейся задолженности за оказанные услуги, а также при наличии у оператора сведений, что абонентское устройство является похищенным. Общество (оператор) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании незаконным и отмене постановления Управления Роспотребнадзора по Свердловской области о привлечении общества к административной ответственности по ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ. Решением суда, оставленным без изменения апелляционной инстанцией, в удовлетворении заявленных требований отказано. Рассмотрев кассационную жалобу общества, ФАС Уральского округа не нашел оснований для отмены или изменения принятых по делу актов. Как следует из материалов дела, основанием для возбуждения дела об административном правонарушении послужили жалобы граждан о включении обществом в договор и Правила оказания услуг подвижной радиотелефонной связи стандарта GSM 900/1800 (далее — Правила к договору) условий, ущемляющих установленные законом права потребителей. Так, в соответствии с договором и Правилами к договору оператор не несет ответственности за ограничение, прекращение или ухудшение качества услуг в связи с действиями (бездействием) органов государственной власти или другого оператора связи. Между тем, как правильно указали суды, данное условие противоречит действующему законодательству, поскольку в силу ст. 401 ГК РФ и п. 61 Правил оказания услуг подвижной связи, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 25 мая 2005 г. N 328, оператор освобождается от ответственности, если докажет, что ненадлежащее исполнение явилось следствием непреодолимой силы. При этом действия (бездействие) органов государственной власти не могут быть во всех случаях отнесены к чрезвычайным и непреодолимым обстоятельствам. К обстоятельствам непреодолимой силы не относятся и нарушения обязательств контрагентами должника (например, другими операторами связи). Правилами к договору предусмотрено право оператора отказать в заключении договора при наличии уже заключенного договора с этим абонентом и имеющейся задолженности за оказанные услуги, а также при наличии у оператора сведений о том, что абонентское устройство является похищенным. Суды правильно указали, что эти условия противоречат п. 23 Правил оказания услуг подвижной связи, согласно которому оператор может отказать в заключении договора лишь в случае отсутствия технической возможности. Кроме того, действующее законодательство не наделяет оператора связи полномочиями по определению имущества как похищенного. Положение Правил о том, что оператор вправе отказать в заключении нового договора, если есть задолженность по уже заключенному договору, не только противоречит ст. 426 ГК РФ (о публичном договоре), но и ограничивает права потребителя. Договором предусмотрена ответственность абонента за несвоевременную оплату услуг, которая в полной мере защищает права оператора связи. Вполне обоснованно суд признал ущемляющим права потребителя пункт Правил к договору, предусматривающий право оператора вернуть абоненту стоимость неактивированных карт оплаты за вычетом фактически понесенных расходов на изготовление и реализацию данных карт, поскольку в силу п. 44 Правил оказания услуг подвижной связи затраты на изготовление и реализацию карты входят в стоимость услуги связи и не являются отдельно оказываемыми услугами <25>. ——————————— <25> Постановление ФАС Уральского округа от 6 февраля 2007 г. по делу N Ф09-141/07-С1.

Законодательство не предусматривает такой обеспечительной меры, как приостановление оператором связи оказания услуг по одному договору при наличии у абонента задолженности по другим договорам, заключенным с этим же оператором <26>. ——————————— <26> По смыслу ст. 328 ГК РФ такая оперативная санкция, как приостановление исполнения встречных обязательств, реализуется в рамках одного правоотношения (договора). Поэтому неисполнение обязательств по одному договору не может быть основанием для приостановления исполнения обязательств по другому договору. Своеобразным исключением из этого правила является институт предпринимательского удержания (абз. 2 п. 1 ст. 359 ГК РФ), однако предметом удержания может быть только вещь.

Общество обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании незаконным и отмене постановления Управления Роспотребнадзора по Свердловской области о привлечении общества к административной ответственности по ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ. Решением суда, оставленным без изменения апелляционной инстанцией, в удовлетворении заявленных требований отказано. В кассационной жалобе общество просит указанные судебные акты изменить в части признания условий договора об оказании услуг связи ущемляющими права потребителей, принять по делу новый судебный акт. Рассмотрев кассационную жалобу общества об отмене судебных актов и признании незаконным постановления Управления, ФАС Уральского округа не находит оснований для отмены судебных актов и ее удовлетворения. В ходе проверки Управлением установлено, что общество включило в договор об оказании услуг подвижной связи условия, ущемляющие установленные законом права потребителей. По результатам проверки вынесено постановление о привлечении общества к административной ответственности, предусмотренной ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ. Отказывая в удовлетворении требований общества, суды исходили из наличия в его действиях состава административного правонарушения, поскольку ряд условий договора не соответствует Правилам оказания услуг подвижной связи, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 25 мая 2005 г. N 328 (далее — Правила). Оценивая правомерность условия договора о том, что оператор вправе приостановить оказание услуг при наличии у него сведений об имеющейся у абонента задолженности за оказанные услуги связи по другим договорам, суды пришли к обоснованному выводу о его несоответствии п. п. 47, 58 Правил, согласно которым оператор связи имеет право приостановить оказание услуг только в случае нарушения абонентом требований, связанных с оказанием услуг подвижной связи и установленных Законом о связи, Правилами и договором, до устранения нарушения. Ни Федеральный закон от 7 июля 2003 г. N 126-ФЗ «О связи», ни Правила не предусматривают возможность оператора связи приостановить оказание услуг по одному договору в случае неисполнения обязательств абонентом по другим заключенным с ним договорам. Кроме того, договором предусмотрена ответственность за несвоевременную оплату услуг, которая в полной мере защищает права оператора связи в случае наличия у абонента задолженности за оказанные услуги. По аналогичным основаниям суды признали неправомерным включение в договор условия о том, что при наличии у абонента нескольких телефонных номеров, подключенных к сети, оператор вправе списать с электронного счета абонента в счет оплаты оказанных услуг по одному из номеров денежные средства, полученные в оплату услуг по другим телефонным номерам, или отключить все телефонные номера при нарушении абонентом условий данного договора хотя бы по одному из телефонных номеров. Также судами правильно признано незаконным условие о том, что абонент вправе расторгнуть договор в одностороннем порядке, предупредив об этом оператора не менее чем за пять дней до предполагаемой даты расторжения договора и произведя с ним все расчеты. При этом абонент возмещает оператору все понесенные расходы. В соответствии с п. 46 Правил абонент вправе в любое время в одностороннем порядке расторгнуть договор при условии оплаты оказанных услуг подвижной связи. Суды правомерно указали на противоречие положения договора, предусматривающего право оператора изменять в одностороннем порядке предоставленный абоненту телефонный номер (с предварительным уведомлением абонента), п. 48 Правил, согласно которому оператор связи по своей инициативе вправе заменить выделенный абоненту абонентский номер только в том случае, если продолжение оказания услуг подвижной связи с использованием указанного номера невозможно. Неправомерным является включение в договор пункта, в силу которого, если новая телефонная карта не активирована (или денежные средства не внесены по другим каналам) до истечения указанных 180 дней с момента заключения договора, договор считается расторгнутым сторонами, а неизрасходованная «условная сумма» аннулируется. По мнению суда, это условие противоречит п. 45 Правил, согласно которому абонент имеет право обратиться к оператору связи за возвратом денежных средств, внесенных им в качестве аванса, а оператор связи обязан вернуть неиспользованный остаток денежных средств. Кроме того, суд первой инстанции обоснованно посчитал, что данное условие нарушает права потребителя, поскольку понуждает его воспользоваться услугой оператора в течение 180 дней. В то же время суд кассационной инстанции считает ошибочным вывод суда первой инстанции о соответствии законодательству пункта договора, согласно которому тарифы за услуги устанавливаются в долларах США и (или) российских рублях, при этом в тарифных планах основное обязательство — оказание услуг связи — может быть выражено в российских рублях, а дополнительные услуги (услуги международного роуминга, платные информационно-справочные услуги) — в долларах США. Все расчеты за услуги подвижной связи, оказанные оператором связи абонентам, осуществляются в российских рублях (п. 38 Правил). Следовательно, абоненту, чтобы знать объем услуг, выраженных в долларах США, которые могут быть ему предоставлены в соответствии с остатком денежных средств на счете, необходимо перевести подлежащую уплате сумму в валюте в российские рубли с учетом знаний официального курса валюты или внутреннего курса оператора, что возлагает на него дополнительную обязанность и ограничивает его право на получение достоверной информации об объеме услуг, которые могут быть ему предоставлены. В связи с этим информация о тарифах за услуги связи должна быть установлена обществом в российских рублях. Таким образом, поскольку судами установлено и материалами дела подтверждено включение в договор условий, ущемляющих права потребителей, привлечение общества к административной ответственности правомерно <27>. ——————————— <27> Постановление ФАС Уральского округа от 13 марта 2007 г. по делу N Ф09-1474/07-С1.

Отсутствие в договоре условий о порядке его расторжения не освобождает оператора связи от соблюдения соответствующих норм закона и не образует состав правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ. Общество обратилось в Арбитражный суд Республики Саха (Якутия) с заявлением о признании незаконным и отмене постановления территориального Управления Роспотребнадзора по Республике Саха (далее — административный орган, управление) о привлечении общества к административной ответственности, предусмотренной ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ. Решением суда, оставленным без изменения апелляционной инстанцией, в удовлетворении заявленных требований отказано. В кассационной жалобе общество просит отменить судебные акты, так как суды неправильно применили нормы материального права, и направить дело на новое рассмотрение. Как следует из материалов дела, общество осуществляет деятельность по предоставлению населению услуг связи (внутризоновой, междугородной, международной). По результатам проверки соблюдения обществом законодательства в области защиты прав потребителей управление вынесло постановление о привлечение общества к ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ. Основанием для этого послужило то, что в договоры оказания услуг связи включены условия, ущемляющие права абонентов (потребителей). Суд первой и апелляционной инстанций, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из доказанности факта административного правонарушения и наличия в действиях общества состава вменяемого правонарушения. При этом суд руководствовался ст. 431 ГК РФ, в соответствии с которой при толковании условий договора принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. В этих договорах отсутствовало предусмотренное Федеральным законом от 7 июля 2003 г. N 126-ФЗ «О связи» условие, при котором оператор связи имеет право в одностороннем порядке расторгнуть договор, а именно в случае неустранения абонентом нарушения в течение шести месяцев с даты получения от оператора связи уведомления о намерении приостановить оказание услуг телефонной связи. На основании этого суд сделал вывод об ущемлении условиями договора прав потребителей. Однако суд не учел, что объективную сторону правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ, составляет включение в договор условий, ущемляющих установленные законом права потребителя. В п. 3 ст. 44 Закона о связи предусмотрено, что в случае нарушения абонентом требований, установленных этим Законом, правилами оказания услуг связи или договором об оказании услуг связи, в том числе нарушения сроков оплаты оказанных услуг, оператор связи вправе приостановить их оказание до устранения нарушения. В случае неустранения абонентом нарушения в течение шести месяцев со дня получения от оператора связи письменного уведомления о намерении приостановить оказание услуг связи, оператор связи вправе в одностороннем порядке расторгнуть договор об оказании услуг связи. Аналогичный порядок расторжения договора содержится в п. 118 Правил оказания услуг местной, внутризоновой, междугородной и международной телефонной связи, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 18 мая 2005 г. N 310. В нарушение требований ст. 170 АПК РФ вывод судов первой и апелляционной инстанций о наличии в действиях общества состава вменяемого правонарушения не содержит мотивов, по которым отвергнуты доводы общества о том, что установленный Законом о связи порядок расторжения договора является императивной нормой, поэтому отсутствие в договоре с абонентом условия о его расторжении по истечении шестимесячного срока не освобождает оператора связи от обязанности соблюдения данного правила. В силу п. 4 ст. 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными нормативными правовыми актами. Таким образом, выводы суда о включении обществом в договор условий, ущемляющих права потребителей, сделаны без учета приведенных норм гражданского законодательства. При таких условиях ФАС Восточно-Сибирского округа считает обжалуемые судебные акты подлежащими отмене с направлением дела на новое рассмотрение <28>. ——————————— <28> Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 18 декабря 2006 г. по делу N А58-3558/06-Ф02-6689/06-С1.

Уведомление абонента о приостановлении услуг связи необходимо лишь в случае расторжения договора по инициативе оператора. Поскольку непоступление на лицевой счет абонента в течение срока, указанного в тарифном плане абонента, денежных средств, достаточных для достижения на счете положительного баланса (остатка), признается односторонним отказом абонента от исполнения договора, оператор не обязан уведомлять абонента о приостановлении услуг связи в данном случае. Общество обратилось в Арбитражный суд Волгоградской области с заявлением к территориальному Управлению Роспотребнадзора по Волгоградской области (далее — управление) об отмене постановления о привлечении общества к административной ответственности. Суд первой инстанции удовлетворил заявленные требования в части: из текста оспариваемого постановления исключен довод об ограничении права абонентов на информацию путем ненаправления уведомления о приостановлении доступа к сети при нулевом балансе счета. В остальной части в удовлетворении заявленных требований отказано. Постановлением апелляционной инстанции резолютивная часть решения суда первой инстанции изменена: в удовлетворении заявленных требований отказано полностью. Общество, не согласившись с принятыми судебными актами, обратилось в ФАС Поволжского округа с кассационной жалобой. Кассационная инстанция, изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, судебные акты отменила, кассационную жалобу удовлетворила. Как следует из материалов дела, управлением проведена проверка деятельности заявителя, в ходе которой установлено, что общество оказывает физическим лицам услуги связи на основании договоров о предоставлении подвижной радиотелефонной связи. По мнению управления, исследованные договоры ограничивают право абонентов на информацию, поскольку освобождают оператора связи от обязанности уведомлять абонента о предстоящем приостановлении доступа к сети связи при нулевом балансе счета. По выявленным нарушениям составлен протокол об административном правонарушении, а затем вынесено постановление о привлечении общества к административной ответственности по ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ. Однако согласно п. 3 ст. 44 Федерального закона «О связи» и п. 47 Правил оказания услуг подвижной связи, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 25 мая 2005 г. N 328, уведомление абонента о приостановлении услуг связи необходимо лишь в случае последующего расторжения договора по инициативе оператора. Между тем по условиям договора оказания услуг связи непоступление на лицевой счет абонента в течение срока, указанного в тарифном плане абонента, денежных средств, достаточных для достижения на счете положительного остатка, считается односторонним отказом абонента от исполнения договора. Таким образом, постановление о привлечении общества к административной ответственности по ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ является неправомерным <29>. ——————————— <29> Постановление ФАС Поволжского округа от 10 мая 2007 г. по делу N А12-15938/06-С24-5/С27.

Возложение на абонента ответственности за сохранность телевизионного кабеля вне пределов его квартиры является неправомерным, поскольку оператор связи обязан оказать услуги надлежащего качества, в том числе обеспечить защиту средств и сооружений связи от несанкционированного доступа третьих лиц. Общество (оператор) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании незаконным и отмене постановления территориального Управления Роспотребнадзора по Свердловской области (далее — управление) о привлечении к административной ответственности по ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ. Суд первой инстанции отказал в удовлетворении требований общества. ФАС Уральского округа, рассмотрев кассационную жалобу общества, не нашел оснований для отмены или изменения решения по делу. Как следует из материалов дела, между обществом (оператором) и гр. П. (абонентом) заключен договор, по которому общество обязуется обеспечить абоненту просмотр телевизионных каналов посредством сети кабельного телевидения. В соответствии с договором общество обязуется доставлять услуги (возможность просмотра телевизионных каналов) только до отвода соответствующего абонентского ответвителя, находящегося за пределами квартиры абонента, а не до телеприемника. Указанное условие договора не соответствует разд. 2 ГОСТ Р 50691-94 «Модель обеспечения качества услуг», п. 30 разд. 5 ГОСТ Р 50646-94 «Услуги населению. Термины и определения» и ущемляет право абонента на получение услуг надлежащего качества, предусмотренное ст. 4 Закона о защите прав потребителей, п. 1 ст. 46 Федерального закона «О связи». В договоре предусмотрено, что риск повреждения или хищения кабеля от абонентского отвода до телеприемника несет абонент как собственник кабеля; оператор осуществляет ремонт или замену кабеля за дополнительную плату. Данное условие не соответствует п. 3 ст. 7, п. 1 ст. 46 Федерального закона «О связи», согласно которым оператор связи при эксплуатации сетей связи и сооружений связи обязан обеспечивать защиту средств и сооружений связи от несанкционированного доступа к ним. При этом в силу ст. 2 названного Закона кабель до абонентского отвода и от абонентского отвода до телевизора является единой линией связи, поэтому возложение на абонента ответственности за сохранность кабеля вне пределов его квартиры является неправомерным. Договором также предусмотрен отказ оператора от исполнения заявки абонента на устранение неполадок в сети кабельного телевидения при наличии у абонента задолженности по абонентской плате. Данное условие не соответствует п. 1 ст. 46 Федерального закона «О связи» и п. 30 разд. 5 ГОСТ 50646-94, поскольку оператор может взыскать задолженность независимо от оказания услуг по ремонту СКТ либо приостановить оказание услуг связи абоненту (ст. 44 Федерального закона «О связи»). При таких обстоятельствах суд сделал правильный вывод о том, что включение в договор перечисленных условий ущемляет установленные законом права потребителей, что влечет ответственность по ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ <30>. ——————————— <30> Постановление ФАС Уральского округа от 29 мая 2006 г. по делу N Ф09-4356/06-С1.

Договор о предоставлении коммунальных услуг

Условие договора о том, что управляющая компания лишь организует предоставление коммунальных услуг, заключая договоры с ресурсоснабжающими организациями (т. е. не является непосредственным исполнителем коммунальных услуг), ущемляет законные права потребителей на получение информации об исполнителе и оказываемых услугах. Общество обратилось в Арбитражный суд г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании незаконным и отмене постановления Управления Роспотребнадзора по Ленинградской области (далее — Управление) о привлечении общества к административной ответственности по ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ. Решением суда заявление удовлетворено. В кассационной жалобе управление, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права, просит решение отменить, в удовлетворении заявления общества отказать. Как следует из материалов дела, сотрудники управления провели проверку соблюдения обществом требований законодательства в сфере защиты прав потребителей. По мнению управления, в договоры, заключенные обществом в качестве управляющей организации с собственниками жилых помещений, включены условия, ущемляющие установленные законом права потребителей. На основании результатов проверки управлением вынесено постановление о привлечении общества к административной ответственности по ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ в виде штрафа. Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление общества, указал на отсутствие события правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ, поскольку договоры на управление в многоквартирном доме не ущемляют права потребителей. Суд кассационной инстанции считает данный вывод ошибочным. Согласно п. 3 Правил предоставления коммунальных услуг под исполнителем следует понимать юридическое лицо независимо от организационно-правовой формы, а также индивидуального предпринимателя, предоставляющих коммунальные услуги, производящих или приобретающих коммунальные ресурсы и отвечающих за обслуживание внутридомовых инженерных систем, с использованием которых потребителю предоставляются коммунальные услуги. Исполнителем могут быть управляющая организация, товарищество собственников жилья, жилищно-строительный, жилищный или иной специализированный потребительский кооператив, а при непосредственном управлении многоквартирным домом собственниками помещений — иная организация, производящая или приобретающая коммунальные ресурсы. Материалами дела подтверждается заключение обществом с собственниками жилых помещений договоров на управление многоквартирным домом, согласно которым общество, в числе прочих услуг, обязалось организовать предоставление коммунальных услуг собственникам жилых помещений. В силу указанных договоров в целях организации предоставления собственникам коммунальных услуг общество обязуется заключить договоры с соответствующими ресурсоснабжающими организациями от имени и за счет собственников жилых помещений. Таким образом, в договоры управления многоквартирным домом внесены условия, согласно которым общество не является исполнителем, в обязанность которого входит предоставление коммунальных услуг, что противоречит действующему законодательству (п. п. 1, 2 ст. 162 Жилищного кодекса РФ, п. 3 Правил предоставления коммунальных услуг). Поскольку обществом в договоры управления многоквартирным домом внесены условия, ущемляющие установленные законом права потребителя, управление правомерно привлекло заявителя к предусмотренной ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ административной ответственности <31>. ——————————— <31> Постановление ФАС Северо-Западного округа от 23 апреля 2007 г. по делу N А56-44223/2006.

Ресурсоснабжающая организация не вправе изменять предусмотренный законом или иными правовыми актами порядок прекращения и возобновления газоснабжения, если это может привести к ухудшению положения потребителей. Общество обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с требованием об отмене постановления территориального Управления Роспотребнадзора (далее — Управление) о привлечении общества к административной ответственности, предусмотренной ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ, и о признании недействительным предписания управления. Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения апелляционной инстанцией, в удовлетворении заявленных требований отказано. В кассационной жалобе общество просит отменить указанные судебные акты, ссылаясь на неправильное применение судом п. п. 80, 81, 82 Правил предоставления коммунальных услуг, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23 мая 2006 г. N 307 (далее — Правила), так как общество не занимается оказанием коммунальных услуг и, следовательно, не является субъектом административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ. ФАС Уральского округа, изучив материалы дела и доводы сторон, не нашел оснований для отмены судебных актов. В соответствии с договором газоснабжения общество вправе прекратить подачу газа абоненту за просрочку оплаты за поданный газ более двух месяцев, предупредив об этом абонента за 10 дней. Возобновление подачи газа производится в течение 15 дней после представления абонентом письменных доказательств погашения задолженности за газ и оплаты работ по подключению газового оборудования. Между тем п. п. 80, 81, 82 Правил установлен строго определенный порядок приостановления или ограничения предоставления коммунальных услуг. Приостановление или ограничение предоставления коммунальных услуг производится через один месяц после письменного предупреждения потребителя в случае неполной оплаты коммунальных услуг, под которой понимается наличие задолженности, превышающей 6-кратный размер ежемесячной платы за услуги. Кроме того, п. 82 Правил предусмотрено, что при ликвидации абонентом задолженности предоставление коммунальных услуг возобновляется в течение 2 календарных дней с момента погашения задолженности. Поскольку условия спорного договора газоснабжения устанавливают иной порядок приостановления и возобновления подачи газа, чем предусмотрено Правилами, и нарушают права потребителей, общество правомерно привлечено к административной ответственности по ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ. Доводы общества о том, что оно не является субъектом вменяемого ему правонарушения, отклонены судом, поскольку по смыслу Правил предоставления коммунальных услуг исполнителем может быть и ресурсоснабжающая организация <32>. ——————————— <32> Постановление ФАС Уральского округа от 6 марта 2007 г. по делу N Ф09-1312/07-С1. См. также: Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 15 мая 2006 г. по делу N А11-18389/2005-К2-19/743 (условие договора о том, что энергоснабжающая организация устраняет недостатки в подаче электроэнергии в разумные сроки, но не позднее пяти дней с момента обнаружения недостатков абонентом, ущемляет законные права потребителя, поскольку в соответствии с обязательными требованиями (стандартами) данный срок не должен превышать одних суток).

Кредитный договор

Поскольку услуги по кредитованию были обусловлены приобретением услуг по открытию и обслуживанию ссудного счета, кредитная организация обоснованно привлечена к ответственности по ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ. Банк обратился в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании незаконным и отмене постановления территориального Управления Роспотребнадзора по Свердловской области (далее — Управление) о привлечении к ответственности по ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ. Решением суда первой инстанции в удовлетворении заявления отказано. В кассационной жалобе банк просит судебный акт отменить, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права. Изучив материалы дела, ФАС Уральского округа не нашел оснований для отмены решения. Суд установил, что основанием для проведения мероприятия по контролю за соблюдением банком законодательства в области защиты прав потребителей послужило заявление гражданки Д. о нарушении банком ее прав на получение необходимой и достоверной информации об условиях предоставления кредита. Между банком и гражданкой Д. был заключен кредитный договор. Согласно ему для учета задолженности заемщика банк открывает ссудный счет. Заемщик обязан уплатить банку комиссионное вознаграждение за открытие ссудного счета в размере 4% от суммы предоставленного кредита единовременно (при выдаче кредита) и выплачивать ежемесячное комиссионное вознаграждение за обслуживание ссудного счета в размере 2% от суммы предоставленного кредита в течение срока действия договора. Из положений договора также следует, что без открытия и ведения ссудного счета кредит гражданам не выдается, т. е. приобретение услуги по кредитованию обусловлено приобретением услуги по открытию и обслуживанию ссудного счета. Договором также предусмотрено, что при досрочном погашении задолженности по договору заемщик обязан в полном объеме уплатить оставшуюся часть суммы комиссии за обслуживание и сопровождение кредита, непогашенную на дату досрочного погашения, что противоречит ст. ст. 810, 819 ГК РФ. В соответствии со ст. 16 Закона о защите прав потребителей продавцу товаров (работ, услуг) запрещено обусловливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением других товаров (работ, услуг). В силу п. 2.1.2 Положения Центрального банка РФ от 31 августа 1998 г. N 54-П «О порядке предоставления (размещения) кредитными организациями денежных средств и их возврата (погашения)» и по смыслу положений гл. гл. 42, 45 ГК РФ предоставление кредита физическому лицу не поставлено в зависимость от открытия расчетного или иного счета заемщику и не влечет автоматического заключения договора банковского счета. Согласно ст. 30 Федерального закона от 2 декабря 1990 г. N 395-1 «О банках и банковской деятельности» открытие банковского счета является правом, а не обязанностью заемщика <33>. ——————————— <33> Постановление ФАС Уральского округа от 13 декабря 2006 г. по делу N Ф09-11016/06-С1. См. также: Постановление ФАС Уральского округа от 8 августа 2006 г. по делу N Ф09-6703/06-С1.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *