Р р•р¦р•рќр—р?рї рќрђ рќрђрјр§рќрћ-рњр•рўрћр”р?р§р•рўрљрћр• рџрћрўрћр‘р?р• рђ.рў. рђр’рўрћрќрћрњрћр’рђ, р?.рќ. р“рђр’р р?р›рћр’рћр™ "рљр р?рўр•р р?р? рћр¦р•рќрљр? рџр рђр’ р§р•р›рћр’р•рљрђ р”р›рї рјрџрћр›рќрћрњрћр§р•рќрќр«рґ рџрћ рџр рђр’рђрњ р§р•р›рћр’р•рљрђ: рњр•рўрћр”р?р§р•рўрљр?р• р р•рљрћрњр•рќр”рђр¦р?р? рџрћ рњрћрќр?рўрћр р?рќр“рј рџр рђр’ р§р•р›рћр’р•рљрђ рќрђ р”рћрўрўрјрџ рљ рўрјр”рј, рќрђ рњр?рўр?рќр“ р? рќрђ р”рћрўрўрјрџ рљ рћр‘р рђр—рћр’рђрќр?р®" <*>, <**>

В.В. ГРИБ

--------------------------------

<*> Grib V.V. Review of scientific-methods manual of A.S. Avtonomov, I.N. Gavrilova "Criteria of evaluation of human rights for human rights commissioner: methodical recommendations with respect to monitoring of human rights to access to court, meeting and access to education". M.: Izdatel'stvo "Yurist", 2011. 52 p.

<**> Автономов А.С., Гаврилова И.Н. Критерии оценки прав человека для уполномоченных по правам человека: Методические рекомендации по мониторингу прав человека на доступ к суду, на митинг и на доступ к образованию. М.: Изд-во "Юрист", 2011. 52 с.

Гриб Владислав Валерьевич, член Общественной палаты РФ, доктор юридических наук.

Главным достижением авторов данной работы - доктора юридических наук, профессора А.С. Автономова и доктора исторических наук И.Н. Гавриловой - является разработка оригинальной, ранее не имевшей аналогов шкалы оценки состояния прав человека, представленной на примере трех прав человека, относящихся к личным (гражданским), политическим, социально-экономическим и культурным правам, что и явствует из ее названия. Иначе говоря, авторам удалось найти вариант своеобразной "линейки" для измерения положения дел в том или ином праве человека в нашей стране, которая дает возможность прояснить, посчитать и сравнить ситуацию в различных регионах с соблюдением прав человека, проследить динамику и т.д.

Как видно уже из названия представленной работы, авторы предприняли попытку разработать основные критерии оценки прав человека, на основании каких показателей можно понять, по их предположению, как обстоит дело с соблюдением того или иного права человека, каков метод подсчета агрегированных данных, позволяющий получить довольно точный результат в конкретном регионе, где будет проходить такая оценка. Причем представляется важным именно сам принцип такого оценивания, поскольку теперь появляется возможность на этой основе проводить оценку и по другим правам человека. Кроме того, как верно отметили сами авторы, механизм оценки на основе авторских шкал будет постепенно отлаживаться в ходе их применения, в них могут вноситься изменения, что само по себе уже можно считать новаторским подходом, поскольку дает в руки исследователям достаточно универсальное орудие, которое можно совершенствовать, оттачивать. В этом плане авторами дается "ключ", основополагающий принцип для оценки прав человека, заключающийся в наборе критериев, позволяющих отслеживать основные препятствия, возможные препоны на пути использования того или иного права человека.

В этой сравнительно небольшой, но емкой работе авторы не только подняли проблему выработки метода объективной оценки субъективного права человека, но и сделали большой вклад в ее практическое решение. Чаще всего состояние прав человека оценивают "на глазок", исходя из жалоб или судебных дел. Конечно, такой способ получения информации позволяет сделать определенные выводы о соблюдении либо, наоборот, о нарушениях прав человека. Однако такой казуальный подход не позволяет в полной мере системно оценить состояние реализации прав человека в некоторый период на той или иной территории, в отношении тех или других групп лиц. Авторы же рецензируемой работы предлагают свой оригинальный метод именно системной оценки ситуации в данной сфере по каждому отдельному праву человека. При этом работа получилась не методолого-теоретической, а практически ориентированной, в чем заключается ее несомненная ценность. Авторы не показывают нам всей своей методологической "кухни", что и не нужно в рекомендациях, представляющих инструмент практического измерения степени реализованности каждого конкретного права. Вместе с тем за разработанными авторами шкалами, позволяющими замерить отдельные права, пояснениями и рекомендациями по источникам, сбору и обработке информации просматривается глубокое исследование теоретико-методологического характера сущности прав человека и способов оценивания социальных явлений. Благодаря глубине научной проработки указанных вопросов авторам удалось создать довольно удобный и достаточно простой в описании и применении инструментарий оценки прав человека. При том что за основу взяты три конкретных права человека, предлагаемые приемы оценки могут быть распространены при соответствующей адаптации на все остальные субъективные права.

Более того, предложенный подход не абстрактен, он показан авторами на примере конкретных, заметим, весьма актуальных для России, прав человека. Тем самым читатели могут понять, как действует авторский принцип такого оценивания, как он может применяться на практике в российских условиях. О последнем стоит сказать особо. Дело в том, что довольно часто теперь можно встретить новые (обычно западные) методики различного оценивания, мониторинга, носящие в основном общий теоретический характер. Если же попадаются прикладные методы той или иной оценки, то либо они жестко привязаны к объекту замера и потому не могут применяться для иных объектов исследования, либо носят слишком упрощенный характер. Например, Общественной палатой РФ на Социальном форуме 2011 г. был предложен так называемый социально-информационный индекс, рассчитываемый на портале "Социальная карта Российской Федерации" по формуле: от числа позитивных публикаций на основании ключевых слов отнимают число негативных, потом делят на общее количество публикаций. Несмотря на определенную условность подобных индексов, все же есть сомнения, что такой индекс способен дать более или менее объективную информацию о социальной ситуации в регионах России.

И здесь можно поставить в заслугу авторов рассматриваемой работы то, что они избежали чрезмерного упрощенчества при простоте и ясности изложения своего подхода. И даже труднопроизносимый термин "бихевиориальная доступность права" на самом деле вполне оправдан, поскольку дает объяснение многих сложных факторов одним словом, просто нет такого термина в русском языке. Можно сказать, конечно, "поведенческий", но это не точно, правильнее все же применить здесь иностранное слово. Понятно и решение авторов ввести в шкалу оценки того или иного права человека двоичную систему, рассчитанную на измерение явлений путем ответа "да" или "нет". Это также позволяет рассматривать авторский подход универсальной методикой: ею могут воспользоваться люди, не имеющие специальной подготовки, и даже люди разного уровня образования, что особенно ценно в сфере прав человека, их мониторинга. И к тому же правы авторы, отметившие, что такая система дает возможность не только облегчить ввод данных в шкалу оценки, но и получить на выходе меньше ошибок. Другими словами, такая система оценки одновременно и проста, и более точна.

Хотелось бы обратить внимание и на такие важные аспекты, как логичность, гибкость, ясность критериев оценки в сфере прав человека, представленных А. Автономовым и И. Гавриловой. Кроме того, работа хорошо структурирована, написана доступным языком, опирается на наработки в данной области других авторов, на статистику, на данные многочисленных социологических исследований, что делает выводы работы вполне обоснованными. Можно предположить, что отечественные омбудсмены получили важный инструмент, способный оптимизировать их работу в регионах, ввести конкретные показатели по ситуации в сфере прав человека. По полученным индексам можно судить впоследствии о динамике ситуации с конкретными правами человека, о том, в каких регионах положение с соблюдением того или иного права лучше или, напротив, хуже, где требуются срочные меры. Следовательно, авторские шкалы оценки позволяют видеть картину в целом с правами человека в нашей стране, что также весьма важно. И в этом можно увидеть практическую значимость проделанной работы.

В любой работе есть, безусловно, свои недостатки и погрешности, чего не избежало и данное издание. Так, не вполне ясно, почему выбраны именно эти три права из множества других прав человека. Конечно, пособие только выиграло бы, если бы авторский принцип оценки прав человека был более подробно представлен не только на примере права на доступ к суду, но и права на митинг и на доступ к образованию. Последних авторы лишь коснулись, только очертили общими штрихами, обратив внимание на некоторые важные моменты. Однако если внимательно ознакомиться с предложенной работой, то и данное замечание можно посчитать чрезмерным требованием к авторскому коллективу, так как в самом начале увидим, что работа проведена и написана за очень короткий временной промежуток - менее года. Именно в это время осуществлялся проект Европейского союза "Создание системы и механизма мониторинга ситуации с правами человека в России и средств для Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации" в рамках Программы сотрудничества ЕС и РФ. При этом авторами - экспертами проекта была за столь сжатый срок разработана собственная методика оценивания ситуации с правами человека, представленная ими на примере трех конкретных прав человека, т.е. построены три шкалы оценки, были определены возможные источники по сбору информации для построения шкалы оценки, было проведено пилотное тестирование в некоторых регионах страны, проанализирована специальная литература, иные источники, упомянутые авторами.

Кроме того, в книге, к сожалению, нет ясного обоснования, почему авторы выбрали именно эти три права (на доступ к суду, на митинг и на образование) для формализации критериев реализации каждого из них и разработки измерительной шкалы для соответствующей оценки. Очевидно, авторы выбрали по одному из трех групп прав - личных, или гражданских, политических и социально-экономических и социально-культурных, - если права человека сгруппировать в соответствии с двумя международными документами, входящими в Международный билль о правах человека: с Международным пактом о гражданских и политических правах и с Международным пактом об экономических, социальных и культурных правах. Принимая во внимание непродолжительность всего проекта (около года), авторы, конечно же, не могли сделать больше того, что было сделано: ведь вначале они проработали методологическую сторону проблемы измерения прав человека, затем выработали критерии и подготовили шкалы для проведения замеров конкретных прав, после чего провели апробацию с участием некоторых региональных уполномоченных по правам человека, представителей судов и других органов государственной власти, по итогам которой внесли коррективы и провели доработку, и лишь по завершении всего этого написали и опубликовали рецензируемые методические рекомендации. И все же для читателя остается непонятным, почему же авторами подобраны именно указанные права, каковы основания отбора. Исходили ли авторы из наибольшей значимости, актуальности, частоты нарушений, удобства формализации различных аспектов того или иного права? Или же конкретные права человека для составления индекса были взяты методом случайной выборки? Каким бы методом ни воспользовались авторы, читателю было бы неплохо об этом узнать, тогда он бы лучше понял авторский замысел во всей его полноте.

И все же высказанные замечания не умаляют ни методологической ценности, ни практической значимости работы. Хотя данная работа, как это следует из пояснений, ориентирована прежде всего на уполномоченных по правам человека, сами по себе методические рекомендации могут быть использованы любыми государственными органами, международными организациями и общественными объединениями, которые наблюдают за реализацией прав человека и проводят собственный мониторинг (думаю, что читательская аудитория данной книги еще шире, и она полезна и интересна всем тем, кто интересуется правами человека, проблемами оценки, новыми подходами в науке и практике). Однако для проведения полномасштабного мониторинга явно недостаточно оценки только трех, представленных в рассматриваемой книге, прав. Необходимо исследовать и состояние реализации иных прав человека, закрепленных в Конституции Российской Федерации и международных договорах, участником которых является Россия. В связи с этим выражаю надежду, что авторы не остановятся на достигнутом и предпримут шаги к тому, чтобы разработать индикаторы и других прав человека.

------------------------------------------------------------------