К вопросу о «женской адвокатуре» в дореволюционной россии

Г.Л. РЕШЕТНИКОВ

Решетников Геннадий Леонидович — кандидат юридических наук, доцент кафедры правового и документационного обеспечения управления Института социологии и права Российского государственного профессионально-педагогического университета (Екатеринбург).

Рассмотрен вопрос о существовавшей в дореволюционной России проблеме допуска женщин к занятиям адвокатской деятельностью.

Ключевые слова: женское движение, адвокатура, присяжные поверенные, частные поверенные.

The question about «women’s advocacy» in the pre-revolutionary Russia

G.L. Reshetnikov

The article is devoted to the Russian women’s permission to the advocacy in the pre-revolutionary Russia.

Key words: women’s movement, advocacy, attorney at law, private attorney.

Женское движение XIX в., имевшее целью достижение юридического и социального равноправия полов, развивалось по многим направлениям. Одно из них заключалось в борьбе женщин за право заниматься профессиональной юридической деятельностью. Первым успехом феминизма в этом отношении явилось преодоление мужской монополии на адвокатскую профессию. Первенство здесь признается за Соединенными Штатами Америки, где в 1869 г. Верховный суд штата Айова допустил женщин к адвокатской практике, в 1879 г. подобное решение было принято и Верховным судом США. В Европе считается, что профессия адвоката стала доступной женщинам вначале в Румынии (1891 г.), а несколько позднее в Норвегии, Швеции, ряде кантонов Швейцарии, Франции.

Добились права на адвокатскую профессию и русские женщины, но эта страница истории женского движения и истории права России остается практически «непрочитанной», несмотря на то что путь русских женщин в адвокатуру оказался как нигде длителен и тернист. В отечественной юридической науке некоторые эпизоды этого пути освещены только в статье Г.Н. Полянской, посвященной памяти крупного советского ученого-цивилиста Е.А. Флейшиц <1>. На наш взгляд, тема «женской адвокатуры» в дореволюционной России вполне заслуживает научного внимания, и мы попытаемся обозначить основные вехи ее истории.

———————————

<1> Полянская Г.Н. Начало жизненного пути // Учен. зап. ВНИИСЗ. Вып. 14. М., 1968. С. 5 — 33.

Адвокатура в собственном смысле слова была учреждена в России Судебной реформой 1864 г. До этого не существовало полноценного института судебной защиты в силу инквизиционного характера отечественного судопроизводства. Функции судебного представительства осуществляли ходатаи и поверенные, которыми по дореформенному законодательству могли быть все, «коим законом это не воспрещено». Воспрещения были общими для мужчин и женщин: не могли быть поверенными монахи и монахини, служащие в Сибири чиновники и их жены, осужденные с потерею всех особенных прав и преимуществ и другие лица <2>. Иных запретов на участие женщин в судебных процессах в качестве поверенных и ходатаев закон не предусматривал. От последних не требовалось и юридического образования. Разумеется, в условиях сложной и запутанной системы дореформенного правосудия поверенные должны были обладать немалым опытом и определенными юридическими познаниями, поэтому преуспевали на этом поприще профессиональные стряпчие.

———————————

<2> Свод законов Российской империи. Изд. 1857 г. СПб., 1857. Т. X. Ч. 2. Ст. ст. 185, 195.

На первый взгляд кажется, что такая деятельность могла быть доступна только мужчинам. Но оказывается, что уже в 1850 — 1860 гг. в России появились профессиональные ходатаи-женщины. Об этом говорила уже названная Е.А. Флейшиц <3>. Кроме того, в нескольких источниках воспроизводится высказывание знаменитого ученого и юриста В.Д. Спасовича о том, что он был лично знаком с некоторыми из женщин-ходатаев, имевших судебную практику в дореформенное время <4>. Деятельность женщин-ходатаев до 1864 г. требует отдельного исследования, но сам факт дает основания утверждать, что в России женщины стали профессионально выступать в судах в защиту чужих прав раньше, чем в США и европейских странах.

———————————

<3> Флейшиц Е.А. Из прошлого // Сов. юстиция. 1958. N 3. С. 26.

<4> См., например: Зинченко Н. Женщина-адвокат (По Луи Франк). СПб., 1899. С. 18.

В ходе Судебной реформы 1864 г. был учрежден новый для России институт профессиональных адвокатов — присяжных поверенных при судебных местах. Согласно ст. 354 Учреждения судебных установлений (далее — УСУ) претендовать на звание присяжного поверенного могли: 1) имеющие аттестаты университетов или других высших учебных заведений об окончании курса юридических наук; 2) выдержавшие экзамен по юридическим наукам, если они прослужили не менее 5 лет по судебному ведомству в таких должностях, при исправлении которых могли приобрести практические сведения в производстве судебных дел; 3) состоявшие не менее 5 лет кандидатами на должности по судебному ведомству; 4) занимавшиеся судебной практикой под руководством присяжных поверенных в качестве их помощников <5>.

———————————

<5> Учреждение судебных установлений // Судебные уставы 20 ноября 1864 г. СПб., 1864. С. 49.

В ст. 355 УСУ дан исчерпывающий перечень лиц, не могущих быть присяжными поверенными (не достигшие 25-летнего возраста, иностранцы, объявленные несостоятельными должниками и др.) <6>. Ни в одном из пунктов женщины не упоминались, все запреты касались лиц обоих полов. Тем не менее присяжная адвокатура оказалась закрыта для женщин в силу того, что высшее юридическое образование и государственная служба по судебному ведомству были им недоступны. Правда, в последней трети XIX в. женщинам открыли двери ряд западноевропейских университетов, незначительное число русских девушек сумели получить там высшее юридическое образование, но никто из них не предпринял попыток поступить в присяжную адвокатуру, так как дипломы иностранных университетов не приравнивались к аттестатам русских высших учебных заведений.

———————————

<6> Там же.

В первые же годы после Судебной реформы выяснилось, что присяжная адвокатура не в состоянии удовлетворить растущие потребности населения в юридической помощи. Это заставило правительство Александра II 25 мая 1874 г. ввести новый институт — институт частных поверенных по гражданским делам, так называемую подадвокатуру. Частными поверенными могли быть и лица, не имеющие юридического образования. Требовалось только сдать экзамен на знание законодательства в тех судебных местах, где они желали вести дела. Условия приема в частные поверенные не содержали прямого запрета на ведение этой деятельности женщинами, благодаря чему состоялся «прорыв» представительниц «слабого пола» в эту категорию профессиональных адвокатов. Именно тогда на страницах периодической и юридической печати появилось словосочетание «женская адвокатура».

Известно имя женщины, сумевшей первой получить звание частного поверенного. Это выпускница Вятской женской гимназии Е.Ф. Козьмина, которая в 1870 г. работала в канцелярии А.Ф. Кони, занимавшего в то время должность прокурора Казанского окружного суда. Получив там путем самообразования юридическую подготовку, она в феврале 1875 г. обратилась в Нижегородский окружной суд с просьбой о допуске к испытанию на звание частного поверенного. Успешно выдержав экзамен, Козьмина получила искомое свидетельство и сразу приобрела значительную практику в округе Нижегородского суда. В том же году подала прошение о допуске к сдаче экзамена на звание частного поверенного в Московскую судебную палату, но получила отказ. Данное решение она обжаловала в Сенат, который отменил определение палаты и предписал допустить Козьмину к экзамену <7>.

———————————

<7> Ариян П.Н. Справка по вопросу о женской адвокатуре и юридическом образовании // Первый женский календарь на 1899 год П.Н. Ариян. СПб., 1899. С. 138.

Надо сказать, что позиция Сената в этом вопросе разошлась с позицией Министра юстиции К.И. Палена. 30 апреля 1875 г. он подписал Циркуляр N 4953, где предписывал судам прекратить выдачу женщинам свидетельств частных поверенных, поскольку это не соответствует Закону от 14 января 1871 г. <8>. Названным Законом женщинам запрещались постоянные занятия по найму и по выборам в правительственных и общественных учреждениях, за исключением педагогической, акушерской, фельдшерской, оспопрививальной деятельности и службы по телеграфному ведомству <9>. Возникшую неопределенность относительно допуска женщин в частные поверенные в конце концов разрешил лично Александр II. По докладу Палена Император 7 января 1876 г. издал высочайшее повеление, которым распространил запретительные нормы Закона от 14 января 1871 г. и на звание частного поверенного. Позднее норма этого акта стала статьей 40619 УСУ, гласившей, что «женщины не могут получать звание частного поверенного по судебным делам, установленное статьей 4061». Таким образом, частная адвокатура оказалась закрытой для женщин прямым законодательным запретом.

———————————

<8> В циркуляре говорилось не конкретно о Е.Ф. Козьминой, а о «женщинах». Отсюда можно предположить, что она была не единственной, получившей свидетельство частного поверенного.

<9> Полное собрание законов Российской империи. Собрание второе. СПб., 1871. Т. 46. N 49137.

Однако развитие «женской адвокатуры» в России на этом не прекратилось. Надо иметь в виду, что в тех регионах государства, где судебные уставы 1864 г. еще не были введены в действие, продолжало применяться дореформенное законодательство, которое, как уже указывалось, не препятствовало женщинам брать на себя функции поверенных. В частности, судебная хроника неоднократно сообщала о выступлениях женщин-поверенных в сибирских судах, где до 1896 г. действовали дореформенные нормы судопроизводства. Так, в Томске практиковала в этом качестве М.П. Аршаулова <10>. В Иркутске была известна как опытный поверенный по уголовным делам домашняя учительница В.Л. Кичеева. В отношении последней Иркутский губернский суд в 1893 г. попытался применить запретительные положения о частных поверенных с целью лишить ее права ходатайствовать по чужим делам. Это определение Кичеева обжаловала в Сенат, где лично давала пояснения и добилась того, что Сенат обязал Иркутский губернский суд пересмотреть решение <11>.

———————————

<10> О ее участии в одном из уголовных процессов см.: Женщина-адвокат // Судебная газета. 1889. N 23. С. 9.

<11> Разъяснение Сената о праве женщин заниматься адвокатской практикой // Судебная газета. 1893. N 45. С. 8.

В зоне действия судебных уставов 1864 г. женщины крайне редко, но все же выступали в судах в защиту чужих прав на непрофессиональной основе. Дело в том, что пореформенное законодательство предусматривало возможность участия в судебных процессах в качестве поверенных как профессиональных адвокатов, так и иных лиц. Статья 389 УСУ разрешала тяжущимся в гражданских делах давать доверенности на ведение дел своим родителям, супругам, детям, лицам, имеющим общую с доверителем тяжбу или заведующим по доверенности имениями либо делами тяжущихся <12>. По ст. 44 Устава уголовного судопроизводства (далее — УУС) допускалось участие в мировых судах в качестве поверенных как присяжных адвокатов, так и иных лиц <13>, кроме перечисленных в ст. ст. 44 — 50 Устава гражданского судопроизводства (далее — УГС) (несовершеннолетние, монахи, признанные несостоятельными и др.) <14>. Статья 565 УУС гласила, что в общих судах подсудимые имеют право избирать защитников как из присяжных поверенных, так и из других лиц, коим закон не воспрещал ходатайствовать по чужим делам <15>. На основании ст. 245 УГС при рассмотрении гражданских дел в общих судах в тех местах, где не было достаточного числа присяжных поверенных, поверенные могли быть избираемы и из посторонних лиц, за исключением названных в ст. 246 (неграмотных, несовершеннолетних, состоящих под опекой и др.) <16>. Наконец, появившаяся в связи с учреждением института частных поверенных ст. 40618 УСУ разрешала всем, кому законом не было воспрещено хождение по чужим делам, вести в год три гражданских дела в одном и том же мировом округе <17>.

———————————

<12> Учреждение судебных установлений. С. 54.

<13> Устав уголовного судопроизводства // Судебные уставы. 1864. 20 ноября. С. 7.

<14> Устав гражданского судопроизводства // Там же. С. 7 — 8.

<15> Устав уголовного судопроизводства. С. 71.

<16> Устав гражданского судопроизводства. С. 31 — 32.

<17> Свод законов Российской империи. Изд. 1892 г. СПб., 1892. Т. 16. С. 76.

Вопрос о праве женщин выступать в судах в качестве поверенных в указанных статьях никак не оговаривался. Запретительные нормы касались обоих полов, поэтому отсутствие прямого разрешения для женщин создавало почву для ограничительного толкования этих статей судами. Тем не менее судебная хроника свидетельствует, что иногда женщины допускались к ведению дел в судах. Так, в 1893 г. один из мировых судей Ковенской губернии не допустил мещанку Шейн к участию в уголовном деле в качестве поверенной, сославшись на то, что ст. 44 УУС не распространяется на женщин, если они не являются родственницами подсудимых. Но съезд мировых судей отменил это определение и возвратил дело мировому судье, отметив, что ст. 44 не содержала безусловного запрета для женщин быть защитниками по уголовным делам <18>. В той же Ковенской губернии съезд мировых судей без возражений допустил дворянку О. Даргинович к участию в гражданском деле, которое она беспрепятственно вела и в первой инстанции <19>.

———————————

<18> Терновский А. К вопросу о женской адвокатуре // Судебная газета. 1893. N 21. С. 5.

<19> Шпиц З. Женщина-поверенная // Судебная газета. N 8. С. 8 — 9.

Итак, несмотря на то что после судебных реформ доступ в профессиональную адвокатуру русским женщинам был закрыт, «женская адвокатура» в России существовала, а некоторые из женщин занимались этой деятельностью профессионально (Е.Ф. Козьмина, М.П. Аршаулова, В.Л. Кичеева) <20>.

———————————

<20> К первым русским профессиональным женщинам-адвокатам следует отнести и М. Пети (Petit), которая в 1900 г. первой из француженок была принята в Парижскую коллегию адвокатов после вступления в силу закона о допуске женщин в адвокатуру. Она была уроженкой России, дочерью сахарозаводчика Г.Г. Балаховского (Французский закон 1 декабря 1900 г. о разрешении женщинам, имеющим дипломы лицензиата прав, заниматься адвокатурой // Журнал Министерства юстиции. 1901. N 3. С. 310).

После царского решения от 7 января 1876 г., запретившего доступ женщин в частные поверенные, вопрос о «женской адвокатуре» вторично вышел на правительственный уровень только в 1894 г., когда начала работать Комиссия для пересмотра законоположений по судебной части, возглавляемая Министром юстиции Н.В. Муравьевым. Проекты реформы адвокатуры рассматривались вторым отделом комиссии, среди прочих вопросов обсуждался и связанный со ст. 40619 УСУ, запрещавшей женщинам получать свидетельства частных поверенных. Из 12 членов второго отдела 8 высказались за то, чтобы аннулировать данную статью. В составленном вторым отделом проекте закона о поверенных по судебным делам не предусматривалось каких-либо запретов для женщин на занятие частной адвокатурой. Однако при обсуждении проекта на общем собрании Комиссии Муравьева одержали верх противники «женской адвокатуры» и в окончательном варианте проекта говорилось, что женщины не могут получать звание частного поверенного по судебным делам. В числе проголосовавших за сохранение такого запрета оказался даже либерал А.Ф. Кони. Свою позицию он мотивировал опасениями проникновения в частные поверенные «необразованных и неразвитых элементов», так как женщины в то время не допускались в высшие учебные заведения для изучения юридических наук, а также не имели доступа в правительственные и общественные учреждения, где могли бы приобрести необходимые знания и опыт.

Проект Комиссии Муравьева о реформе адвокатуры не стал законом, но, даже если бы его приняли, вопрос о профессиональной адвокатуре для женщин остался бы в прежнем состоянии. Однако сама постановка этого вопроса и полемика по его поводу свидетельствует о том, что Россия в этом плане не отставала от западноевропейских стран, где вопрос о допуске женщин к профессии адвоката возник в те же годы. Этот вопрос обсуждался в Италии, Бельгии, Франции, а в Румынии, ряде кантонов Швейцарии, Норвегии, Швеции женщины уже добились права заниматься адвокатской деятельностью.

Первая русская революция 1905 — 1907 гг. актуализировала вопрос о праве женщин на занятие профессиональной юридической деятельностью. Для них стало доступным высшее юридическое образование, в связи с чем отпало одно из препятствий на пути в присяжные поверенные. В 1906 г. на Бестужевских высших женских курсах открылся юридический факультет, позднее такие факультеты были учреждены на высших женских курсах в других городах. С 1906 г. стали открываться частные женские вузы, дававшие юридическое образование (Высшие женские историко-литературные и юридические курсы Н.П. Раева в Петербурге, Высшие женские юридические курсы В.А. Полторацкой в Москве и др.). Высшее юридическое образование женщины могли получать в частных совместных вузах (для мужчин и женщин), начавших действовать в те же годы. В разгар революции университеты стали явочным порядком принимать женщин на все факультеты в качестве вольнослушательниц, часть девушек сумели их окончить, несмотря на все чинимые царским правительством препятствия.

Первые выпускницы юридических факультетов женских учебных заведений появились в 1910 г., но попытки пробиться в присяжную адвокатуру стали предприниматься раньше. В авангарде выступили те немногие русские женщины, которым удалось окончить юридические факультеты иностранных университетов. Одна из попыток такого рода, происшедшая в 1904 г. в Харькове, закончилась неудачей <21>.

———————————

<21> Право. 1904. N 14. Стлб. 546.

Необходимым условием приема в присяжные поверенные было наличие диплома об окончании юридического факультета российского университета или другого высшего юридического учебного заведения. Диплом иностранного вуза не приравнивался к университетскому российскому, но давал право держать государственные экзамены за полный курс соответствующего русского учебного заведения. Таким правом неоднократно пользовались женщины, получившие за границей высшее медицинское образование. В 1907 г. прошения о допуске к сдаче государственных экзаменов за курс юридического факультета стали поступать и от русских выпускниц зарубежных юридических вузов. Если Совет Московского университета удовлетворил несколько таких просьб, то Совет Петербургского отказал в этом лицензиату прав Парижского университета Е.А. Флейшиц и рекомендовал обратиться непосредственно к Министру народного просвещения А. Шварцу. Несмотря на чинимые министром препятствия, она в 1909 г. успешно выдержала государственные экзамены за курс юридического факультета Петербургского университета <22>. Единичные случаи сдачи государственных экзаменов выпускницами иностранных юридических вузов имели место и в других российских университетах.

———————————

<22> Флейшиц Е.А. Указ. соч. С. 27.

Обладание российскими дипломами позволило нескольким женщинам подать прошения о зачислении в помощники присяжных поверенных. В 1908 г. Совет присяжных поверенных округа Московской судебной палаты удовлетворил просьбы Я.С. Подгурской, М.М. Гиршман и Л.А. Бубновой, имевших дипломы Московского университета, но по протесту прокурора Московская судебная палата в 1908 г. отменила это решение <23>. В 1909 г. получила свидетельство помощника присяжного поверенного округа Петербургского окружного суда Е.А. Флейшиц. В Киеве в том же году было отказано Е.А. Гинцбург, выдержавшей государственные экзамены в Харьковском университете. Все случаи отказов мотивировались неясностью законодательства, не содержащего прямого разрешения женщинам заниматься профессиональной адвокатской практикой.

———————————

<23> Право. 1908. N 37. Стлб. 1992; N 42. Стлб. 2277; N 44. Стлб. 2393, 2422 — 2423; N 50. Стлб. 2791.

Недолгой оказалась и карьера Е.А. Флейшиц в качестве помощника присяжного поверенного. Зачисленная в присяжную адвокатуру 30 октября 1909 г., она уже 6 ноября заняла место защитника в одном из заурядных уголовных дел, назначенных к рассмотрению в Петербургском окружном суде. Этот процесс вызвал небывалый общественный резонанс и имел принципиальное значение в дальнейшей судьбе «женской адвокатуры». Еще до процесса, узнав о зачислении Е.А. Флейшиц помощником присяжного поверенного, Министр юстиции И.Г. Щегловитов потребовал от прокурора Петербургской судебной палаты принять все меры, чтобы не допустить выступления женщины-адвоката в суде. Оно действительно не состоялось, так как действиями прокуратуры процесс был сорван. В своей речи на судебном заседании товарищ прокурор Г. Ненарокомов не признал за Е.А. Флейшиц права вести уголовную защиту, ссылаясь на то, что закон, не оговаривая прямо право женщин выступать защитниками по уголовным делам, тем самым запрещает это. Флейшиц в ответном слове пояснила, что если закон, устанавливая перечень лиц, которым запрещено быть защитниками в суде, не указывает в их числе женщин, то разрешает им исполнять функции защитников. Суд встал на сторону адвоката, тогда не ожидавший такого поворота дела прокурор пошел на беспрецедентный шаг: просто покинул зал судебного заседания, чем нарушил нормы процессуального закона, обязывающего прокурора участвовать в процессе даже в случае вынесения судом незаконного определения <24>.

———————————

<24> Подробнее об этом деле см.: Полянская Г.Н. Указ. соч. С. 7 — 11.

Скандальный судебный процесс с участием Е.А. Флейшиц получил широкое освещение в прессе и активизировал действия противников и сторонников «женской адвокатуры» в направлении скорейшего решения этого вопроса. По запросу Министра юстиции Щегловитова уже через неделю после того судебного процесса Соединенное присутствие Первого и Кассационного департаментов Правительствующего сената рассмотрело вопрос о праве женщин выступать защитниками по уголовным делам. Определение Сената от 13 ноября 1909 г. признало за женщинами право выступать в судах в защиту чужих прав только по гражданским делам на основании ст. 389 УСУ <25>. 5 декабря 1909 г. Петербургская судебная палата предложила Совету присяжных поверенных округа исключить Е.А. Флейшиц из числа помощников присяжных поверенных, чему тот подчинился.

———————————

<25> Журнал Министерства юстиции. 1909. N 10. С. 45 — 48.

Не заставили себя ждать и прогрессивные представители русской общественности. 16 ноября 1909 г. 100 членов Государственной думы внесли законодательное предположение о предоставлении женщинам права быть присяжными поверенными. Текст его был очень краток: предлагалось изменить четыре статьи УСУ и отменить ст. 40619 УСУ. Переданный в Комиссию Государственной думы по судебным реформам законопроект «застрял» в ней на два года. Только благодаря усилиям женских организаций, либеральной профессуры и ряда депутатов ему был дан ход. 13 и 16 марта и 23 — 24 мая 1912 г. он рассмотрен III Государственной думой и принят, несмотря на сопротивление Министерства юстиции и черносотенного блока Думы. 23 — 24 января 1913 г. законопроект о «женской адвокатуре» прошел обсуждение в Государственном Совете. Там он нашел горячих сторонников в лице А.Ф. Кони, Н.С. Таганцева и представителей академических кругов. Но перевес оказался не на их стороне, и законопроект был отклонен.

Вторично ходатайствовать (уже перед IV Государственной думой) о внесении нового законопроекта планировало созданное в 1913 г. Петербургское общество женщин-юристов, но в силу ряда причин это намерение не было осуществлено.

Запретительные меры, установленные определением Сената по делу с участием Е.А. Флейшиц, негативно восприняли либеральные представители присяжной адвокатуры и судейского корпуса. В юридической периодике был опубликован ряд статей практикующих адвокатов и ученых-юристов, констатирующих правовую несостоятельность выводов Сената по нашумевшему делу. Неоднократно сословные организации присяжных поверенных демонстративно игнорировали определение Сената от 13 ноября 1909 г. и принимали женщин в число помощников присяжных поверенных. Можно привести в пример решение Одесского совета о зачислении в сословие Ярошевской, которое немедленно было опротестовано прокурором. Совет присяжных поверенных округа Казанской судебной палаты трижды принимал женщин в сословие (Илговскую, Богородицкую, Вегер), за что председатель и три члена Совета привлечены к дисциплинарной ответственности. Дисциплинарное взыскание было наложено на мирового судью С.А. Зилова, допустившего в мае 1913 г. женщину-юриста О. Коновицер к осуществлению функций защитника по уголовному делу <26>.

———————————

<26> Право. 1910. N 50. Стлб. 3083; 1915. N 4. Стлб. 252; 1916. N 15. Стлб. 922 — 923.

Исходя из результатов проведенного в 1908 г. анкетирования присяжных поверенных, комиссия по подготовке Первого всероссийского съезда адвокатов включила в программу намечаемого съезда обсуждение вопроса о допуске женщин к адвокатской деятельности. Состоявшееся 14 — 16 апреля 1916 г. в Петрограде Совещание представителей советов и других сословных организаций присяжной адвокатуры единогласно постановило считать настоятельно необходимым допущение женщин в адвокатуру для оказания юридической помощи населению и желательным незамедлительное решение этого вопроса в законодательном порядке <27>.

———————————

<27> Там же. 1916. N 18. Стлб. 1120.

Но при царизме данный вопрос так и не был решен. Вскоре после революционных событий февраля 1917 г. позицию новой власти по проблеме «женской адвокатуры» обнародовал министр юстиции в составе Временного правительства А.Ф. Керенский. Посетив 7 марта 1917 г. Москву, он выступил перед Советом присяжных поверенных округа Московской судебной палаты и предложил «разрешить вопрос о зачислении в сословие женщин-юристов, так как прежняя практика в отношении женщин была несправедливой» <28>. Санкционированный таким образом допуск женщин в ряды присяжной адвокатуры вызвал десятки прошений о зачислении в сословные организации присяжных поверенных. Например, к 20-м числам марта 1917 г. в московский Совет поступило 45 прошений. В отношении всех Совет присяжных поверенных начал обычный порядок подготовки к зачислению, сводившийся к наведению справок о моральных качествах претенденток <29>.

———————————

<28> Цит. по: Журнал Министерства юстиции. 1917. N 2 — 3. С. 77.

<29> Право. 1917. N 8. Стлб. 464.

Право женщин на занятие адвокатской деятельностью позднее получило и нормативное закрепление. 1 июня 1917 г. Временное правительство издало Постановление «О допущении женщин к ведению чужих дел в судебных установлениях» <30>. Женщинам разрешалось вступать в число присяжных поверенных и присяжных стряпчих, практиковавших в коммерческих судах, получать свидетельства частных поверенных и заниматься судебной практикой под руководством присяжных поверенных в качестве их помощников. Статья 40619 УСУ тем же постановлением отменялась.

———————————

<30> Собрание узаконений и распоряжений Правительства, издаваемое при Правительствующем сенате. 1917. N 132. Ст. 706. С. 1136.

На этом завершилась длившаяся несколько десятков лет борьба русских женщин за право заниматься профессиональной адвокатской деятельностью. Цель была достигнута только накануне завершения истории присяжной адвокатуры — детища Судебной реформы 1864 г.

Bibliography

Ariyan P.N. Spravka po voprosu o zhenskoj advokature i yuridicheskom obrazovanii // Pervyj zhenskij kalendar’ na 1899 god P.N. Ariyan. SPb., 1899.

Flejshic E.A. Iz proshlogo // Sov. yusticiya. 1958. N 3.

Polyanskaya G.N. Nachalo zhiznennogo puti // Uchen. zap. VNIISZ. Vyp. 14. M., 1968.

Shpic Z. Zhenshhina-poverennaya // Sudebnaya gaz. 1893. N 8.

Ternovskij A. K voprosu o zhenskoj advokature // Sudebnaya gaz. 1893. N 21.

Zhenshhina-advokat // Sudebnaya gaz. 1889. N 23.

Zinchenko N. Zhenshhina-advokat (Po Lui Frank). SPb., 1899.

——————————————————————

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *